Читаем Эффект бабочки (СИ) полностью

Всё произошло так быстро, что Лив даже не успела ничего толком сообразить — за долю секунды она оказалась прижатой к стене: Том крепко сжимал её запястья в своих руках и находился так непозволительно близко, что их лбы едва не соприкасались друг с другом. Светловолосая чётко ощущала, как по коже побежали мурашки от горячего дыхания мужчины, а в нос ударил аромат его парфюма вперемешку с совершенно ненавязчивым запахом пота. Низ живота начало приятно тянуть и покалывать от такой близости — девушка даже издала тихий стон от наслаждения.

Том слегка наклонил голову вбок, переведя свой взор с зелёных глаз Тейлор на её губы, и даже слегка приблизился, будто дразня.

Неужели сейчас это произойдёт? Поцелуй?! Неужели прямо сейчас она наконец ощутит это кислое послевкусие сочной малины?

Не контролируя свои действия, Оливия приблизилась к нему, ещё секунда, и… ничего не происходит.

Они соприкасаются лишь на мгновение, отчего девушка ощущает лёгкое щекотание на губах, но шатен отстраняется.

Он больше не вжимает её в стену, не держит её руки, а просто стоит рядом. Объективно, он всё ещё зол, но к гневу прибавилась ещё и растерянность.

— Лив, я, — смущённо произносит Том, глядя в пол и проводя рукой по волосам, словно в безысходности, — я… я не…

Не находит слов. Пытается оправдаться.

— Какая же я дура! — обречённо выдохнула светловолосая, подойдя к ближайшей парте и сев прямо на столешницу.

Она уставилась взглядом в одну точку на школьной доске, усиленно пытаясь переварить полученную информацию, обдумать то, что только что произошло, найти этому логичное объяснение, оправдать.

Но разве можно было это как-то оправдать?

Чувства к учителю? Да, допустим, это и было в порядке вещей, многие девочки-подростки влюбляются в мужчин намного старше их возраста: солистов рок-групп, известных актёров, даже собственных преподавателей… Но нормально ли это, когда тот самый мужчина начинает отвечать взаимностью? Не становится ли он… педофилом?

В голове сразу всплыли образы Теда Банди и Джека Потрошителя.

Но ведь Том не такой! Он вежливый, заботливый, начитанный, образованный, неравнодушный, такой интеллигентный и сдержанный.

«…фрик какой-то… поди маньяк», — вспомнились слова Клэр в кафе. Что, если она была права?

С другой стороны, считается ли это вообще педофилией? Ещё чуть-чуть, и Лив исполнится восемнадцать, а дальше дело возраста. К тому же совершенно необязательно афишировать свои чувства…

О чём она вообще думает?!

— Лив?

В раздумьях светловолосая даже не заметила, как Том сделал то же самое, что и она — присел на парту рядом. Они оба держались за столешницу руками, и их мизинцы едва заметно соприкасались, но почему-то больше это не доставляло былого удовольствия, а наоборот — бросало в холодный пот.

— Всё хорошо? — обеспокоенно спросил шатен, внимательно вглядываясь в лицо Тейлор.

Девушка медленно покачала головой, по-прежнему не отрывая взгляда от доски.

— Я понимаю, — тяжело вздохнул мужчина, запрокинув голову назад, — то, что сейчас произошло, может показаться странным, неправильным и пугающим, но поверь, я не желаю тебе зла. И… никогда не прикоснусь, если ты этого не захочешь.

В ответ на это девушка горько усмехнулась, наконец окинув Тома проницательным взглядом, осторожно взяла его руку в свою, сгорая от смущения, и, переплетя пальцы, уложила на свои колени.

— Вся проблема в том, что я этого хочу.

На мгновение губы мужчины растянулись в улыбке, что Лив даже показалось, будто всё снова стало, как прежде, но вскоре шатен вновь посерьёзнел и, отпустив руку девушки, поднялся на ноги.

— Но… об этом лучше молчать, — строго произнёс он, даже не глядя на Тейлор, — понимаешь? Не говорить никому: ни маме, ни сестре, ни даже подружкам. Никому! Иначе у нас будут серьёзные проблемы.

Её это так разозлило. Конечно, Лив всё это прекрасно понимала, но неужели в такой момент нужно обсуждать все эти формальности? Почему они не могли посидеть бок о бок подольше?

Потому что Том всё ещё злится, вот почему.

— Да что я сделала не так?! — вскипела она. — Почему вы злитесь? Как я умудрилась вас обидеть?

— А ты не догадываешься? — издал смешок мужчина, усаживаясь за стол.

Девушка лишь нахмурилась, в удивлении сведя брови к переносице.

Том стал заметно увереннее: он вновь выпрямил спину, устроив локти на столешнице и соединив пальцы рук друг с другом.

— Что насчёт Марка? — спросил он, подозрительно сузив глаза.

— Какого ещё Марка? — удивилась Оливия.

— Твоего друга, — объяснил мужчина, — с которым вы мило общались вчера на матче.

Чёрт! Речь ведь о Маусе! А ведь это даже не его имя!

— Что именно вы хотите услышать?

— К примеру то, что это никакой не Марк, а Джейсон Маккаллен.

На самом деле, когда ты изо всех сил пытаешься соответствовать той чуши, о которой ты наврал, но тебя всё равно уличают во лжи, ты чувствуешь себя просто омерзительно: желудок словно связывает в морской узел, ладони покрываются испариной, щёки багровеют от стыда, а нога, всё время нервно покачивающаяся из стороны в сторону, выдаёт тебя с головой. Есть ли смысл продолжать лгать?