Читаем Эффект бабочки (СИ) полностью

Выдержав грозный взгляд, миссис Хиддлстон всё же перестала прожигать бедную девушку взглядом и напоследок надушилась своим излюбленным парфюмом, таким приторным и назойливым, аромат которого Томас страшно ненавидел.

— Все необходимые инструкции на столе в гостиной, — принялась объяснять леди, — если вдруг что, Томас подскажет. Звонить мне только в экстренных случаях, которых, я надеюсь, не будет.

— Поняла, мэм, — неловко кивнула девушка.

— Томас! — воскликнула миссис Хиддлстон, отчего мальчишка даже подпрыгнул на месте, а Эмма вновь разразилась в рыданиях. — Слушайся свою гувернантку, будь хорошим мальчиком. Мы вернёмся через несколько дней.

И вальяжно пошла к выходу, взяв Сару за руку.

— Удачи! — улыбнулся напоследок мистер Хиддлстон, держа на руках малютку Эмму.

Вот они и остались вдвоём, когда входная дверь с грохотом захлопнулась.

— Хей, — мягко произнесла гувернантка, присев на колени, дабы их глаза оказались на одном уровне. — Тебя зовут Томас, верно?

— Да, — испуганно отозвался мальчик, стоя чуть поодаль.

— Очень приятно познакомиться! — тепло улыбнулась та в ответ. — Меня зовут Виктория, но ты называй меня Вики. Мы будем с тобой ближайшие две недели. Ты же не против?

— Нет, — неуверенно покачал головой шатен.

— Вот и отлично! Пойдём, покажешь мне дом? А потом я приготовлю вкусный ужин на кухне, договорились?

— Да, — кивнул Том, скорее хватая гостью за руку, спеша провести ей экскурсию, как настоящий гид в музее.

Потому что мама сказала слушать Викторию. Потому что тогда он будет хорошим.

Две недели пролетели незаметно. Тогда Томасу казалось, будто он наконец нашёл лучшего друга, с которым всегда мог играть, смотреть мультики, есть сладкое до обеда, и Вики пообещала ничего не рассказывать маме, даже не прося ничего взамен.

Порой Томасу даже казалось, будто он влюблялся — по-настоящему: так искренне и по-детски невинно, ведь Вики и правда нравилась ему. Она была доброй, весёлой, рассказывала интересные истории о старшей школе, в которую Томас так мечтал скорее пойти; она готовила вкусные оладушки на завтрак, они вместе гуляли на улице, и Том любил смотреть, как непослушный ветер игрался с её мягкими волосами. Они вместе читали книги, Вики помогала ему с домашним заданием, по такой ненавистной мальчику математике.

Иногда Виктория невзначай дотрагивалась до ноги Тома, во время просмотра мультфильма, начиная поглаживать его кожу, подбираясь ближе к бедру и внутренней его стороне. В такие моменты её взгляд становился таким пугающим, таким отстранённым и будто даже не живым, отчего мальчику становилось до ужаса страшно.

И он не понимал, что чувствовал в такие моменты, ведь вроде бы ничего плохого не происходило, ведь Вики его не била и не ругала, ведь она нравилась ему. Они смотрели мультики, всё было хорошо, но отчего-то от одних только её прикосновений мальчика бросало в ледяной пот.

Иногда Вики не просто поглаживала его бедро, но и устраивала руки мальчишки на своей талии, поднимая их всё выше и выше. А однажды всё дошло до того, что Вики стянула с себя футболку. Ту самую белую футболку, которую она всегда носила, и через которую всегда просвечивались её соски. И тогда она попросила Томаса массировать её набухшую девичью грудь. Тогда она стала вскрикивать извиваясь. Томас боялся, что мог сделать ей больно, но, что странно, Вики сжимала его миниатюрные руки только сильнее и сильнее.

А потом… А потом она силой засунула его руку себе в штаны.

— Не надо! — возмутился мальчик, побагровев от смущения.

— Тише! — полушёпотом попросила девушка. — Всё хорошо, мы играем! Ты делаешь мне приятно! Ну же, твоя мама ведь сказала тебе быть хорошим мальчиком.

Сказала. И он был.

Он навсегда запомнит, как она кричала, пугая его до смерти, как его рука касалась чего-то склизкого и горячего, как потом его пальцы были измазаны какой-то вязкой жидкостью и неприятно пахли даже после мытья с душистым мылом.

Эти крики, этот взгляд заставили мальчика думать, что он сделал Виктории больно. Что он был плохим, и уже никогда не станет хорошим.

— Обещай, что никому не расскажешь о наших играх, — серьёзно произнесла Вики следующим утром, — иначе я расскажу твоей маме про сладости и мультики!

Потом домой вернулись родители. Они были крайне довольны своей поездкой и тем, как гувернантка приглядела за сыном на время их отсутствия. Томас же, в свою очередь, был рад тому, что Вики наконец покинула их дом, хоть он всё ещё и видел её безумные глаза в кошмарах, хоть и по-прежнему ощущал тот запах на своих руках. Хоть и страшно скучал по их прогулкам и разговорам.

Но это повторилось. Родители отправились в командировку в Германию, на съезд фармацевтов и представителей аптек, на котором мистер Хиддлстон представлял свою компанию. Они снова взяли с собой Сару и Эмму, и снова попросили Викторию посидеть с Томасом пару дней.

Никакие уговоры, мультики и сладости, которые Том так любил, не заставили мальчика покинуть свою спаленку.