Читаем Ее настоящее имя полностью

Что-то произошло с Соней-Олей после встречи с Мироном, но вот что? Как минимум стресс. Но только ли он способствовал таким изменениям в ее психологическом портрете? Так и хотелось предположить, что она нежданно-негаданно познакомилась с некой Алей, которая смогла в корне изменить ее отношение к жизни, пообещав ей оказать какую-то поддержку в Москве. В результате Оля, не задумываясь, рванула в столицу. Но что ее здесь ждет? Кем на поверку окажется эта Аля, доброй или злой феей? Хотелось бы верить, что она не причинит Оле зла, но вот у Писаренко были недобрые предчувствия. Он почему-то был уверен, что Оле, тьфу, Соне грозит беда...

* * *

«Следующая станция „Сокольники“,» – услышала я и стала продвигаться к дверям. Народу в электричке было как селедок в бочке. Что поделаешь – час пик! Люди возвращались с работы домой. Но удастся ли мне застать дома Алевтину Анатольевну Уткину? А может, мне повезет и Оля Верещагина окажется у нее в гостях? Черт! Я опять забыла позвонить Александру Станиславовичу и сказать, что добралась нормально... Ладно, позвоню после того, как проверю Уткину.

Алевтина Анатольевна проживала на Богородском шоссе. Интересующий меня дом находился далековато от станции метро, а его седьмой корпус вообще затерялся в микрорайоне новостроек. Я ходила от дома к дому, приглядывалась к табличкам, расспрашивала прохожих, но только через час смогла отыскать нужный адрес. На подъездной двери был домофон. Я нажала на пятую кнопку и буквально сразу услышала женский голос:

– Кто там?

– Алевтина Анатольевна? – уточнила я.

– Нет, Алечка в командировке, приедет только на следующей неделе. А вы кто?

– Таня, – сказала я, но, догадываясь, что это не удовлетворит интерес женщины, уточнила, естественно, соврав: – Мы с ней вместе учились. Простите, а она давно уехала в командировку?

– Да уж больше месяца. А ты, наверное, Таня Меньшова?

– Да.

– Алечка опять в Германии. Таня, ты зайдешь? – Тетенька не только поверила мне, но и хотела впустить меня в дом. Какая беспечность!

– Нет, извините, я через недельку к вам забегу, когда Аля вернется. До свидания.

Да, Таня, снова неудача. Куда теперь? В центр или в Теплый Стан? Без понятия. Спущусь в подземку и там сориентируюсь по указателям.

Спустилась, сориентировалась и поехала до «Охотного Ряда». Выйдя в город, я, разумеется, не могла пройти мимо одноименного магазина. А там я напрочь забыла о расследовании и стала тратить направо и налево деньги из конвертика, который сунул мне на вокзале Писаренко. Синдром шопоголизма был налицо. Я даже не постеснялась размотать шарф, чтобы примерять многочисленные блузки и декольтированные платья. А вот продавщицы стыдливо опускали глазки, когда натыкались взглядом на мой синяк. Ну какие они закомплексованные! Синяк-то через день-два сойдет, а вот красивые вещи останутся! Умом я понимала, что пора остановиться, но не могла. Точнее, смогла, когда мне позвонила Катька и спросила:

– Ну что, сыщица, как дела?

– Нормально, работаю.

– Ну, работай, только про пари не забывай, – напомнила Перепелицына и захихикала, наверное, уверенная в том, что я проиграю.

Магического слова «пари» оказалось достаточно, чтобы повесить четвертую блузку на место и направиться к выходу. Надо продолжать поиски.

Третий адрес был неподалеку, на Пушкинской. Конечно, в Москве я бывала не раз, и уж если где и ориентировалась, то в центре, поэтому без особых проблем нашла дом, в котором проживала Альбина Михайловна Ворнер, еще одна владелица черного «Форда Фьюжен».

Я поднялась на третий этаж, остановилась перед квартирой и увидела свет в глазке, значит, дома кто-то был. Таня, а как насчет легенды? Ты же не будешь сразу представляться частным детективом из Тарасова? Да, это не самый лучший вариант. Может, новая соседка? Нет, это как-то несерьезно. Страховой агент? Брр... Ненавижу страховых агентов! Ладно, придумаю что-нибудь по ходу дела... Я вдавила круглую кнопочку и услышала переливчатую мелодию. Вскоре огонек в глазке погас – кто-то смотрел на меня и думал, наверное, зачем это я пожаловала. Но думали за дверью чересчур долго, поэтому я решила поторопить хозяев с открытием двери и еще раз нажала на звонок.

– Кто там? – наконец спросил мужской голос.

– Простите, а Альбина Михайловна здесь проживает?

– Да, но ее нет дома. Что ей передать?

– Ну, может быть, вы откроете? Через дверь как-то неудобно разговаривать.

– Ну, не знаю, – сказал он и стал чего-то выжидать: то ли того, что я пущусь в пространные объяснения через закрытую дверь, то ли того, что молча уйду.

Пока он думал, я тоже размышляла. Что же это за москвич такой пугливый? Может, его природа обделила физическими данными и наделила взамен какими-нибудь фобиями? Но разве блондинка с многочисленными пакетами должна вызывать страх? Наверное, мужчина за дверью решил, что я вовсе не так страшна, поэтому он открыл дверь, но только на ширину цепочки. Надо сказать, что с его внушительными габаритами такая предосторожность вызывала у меня улыбку. Вызывала, но не вызвала. Я со всей серьезностью спросила:

– Вы, наверное, муж Альбины?