Читаем Единственная полностью

Пылая яростью, я подлетела к Джару и, отпихнув лешку, встала между ней и своим мужчиной.

– Что ты себе позволяешь? – ожидаемо возмутилась она, показав мелкие острые зубки, но, разглядев меня, немного умерила пыл и решила полюбопытствовать: – Так это ты?

– Нет, это ты! – прошипела я.

– Почему я? – картинно распахнула наглющие серые глаза лешка.

– Потому что это ты тянешь руки к моему мужчине. Без причины и разрешения лапаешь его.

– Таяна, – попытался мягко вмешаться Джар, но я окинула его таким взглядом, что он вздрогнул.

– Таяна, Деша по-дружески его обняла, не более, – недоумевал Рето.

– Да, – кивнула пепельная мерзавка, – мы столько раз так вкусно и плодотворно дружили, поэтому я уверена: ему не трудно поделиться со мной энергией.

Никто из рантов, свидетелей этого происшествия, не понял причину моей злости и возмущения. Только когда я зашипела Деше в лицо, до Рето с Джаром начало доходить.

– Если ты или кто-то из твоих подружек еще раз подобным образом полезет дружить к моему янту, если хоть одно предложение поделиться прозвучит в его адрес…

– Да я же только дружеский секс предложила, ничего более…

Рето с Джаром синхронно нервно вздохнули, а я продолжила, по-русски говоря, выяснять отношения:

– Еще раз предложишь – я тебе руки сломаю. Лохмы вырву. – Любительница дружеского секса побледнела, съежилась, а меня несло дальше: – Я съем твою печень…

Браслет на руке лешки замигал красным, привлекая мое внимание. Вдруг завыла сирена тревоги, под потолком тоже замигал красный свет. Через несколько секунд рядом с нами появились охранники:

– На кого напали? Где жертва?

– Я! Я жертва! – заверещала лешка троим стражам в форме. – Меня обещали убить в самой жестокой форме.

Те сначала недоверчиво посмотрели на мужчин, наблюдавших наши разборки. Лешка раздраженно ткнула в меня пальцем:

– Это иномирянка обещала меня убить!

– Это правда? – стражи в полном изумлении уставились на меня.

– Вранье! – бесстрастно заявила я.

«Зрители», вытаращившись, смотрели на меня, а стражи, заподозрив во вранье меня, мрачно сдвинули брови. Джар попытался исправить ситуацию:

– Послушайте…

– Я не обещала ее убить. Полагаю, в коридоре есть камеры и запись подтвердит, что я обещала ей вырвать волосы.

– Вот, я же говорила! – взорвалась воплем Деша.

– Это прямая и явная угроза…

Я перебила напрягшихся стражей:

– Я обещала сломать ей руки и ноги… словесно. В конце концов, она имела наглость предлагать секс моему янту у меня на глазах. Более того, вешалась на Джара, хотя он был категорически против. – Я посмотрела на «виновника». – Ты против?

В его глазах, удивительное дело, не было упрека или недовольства, там сияли улыбка и восторг.

– Категорически против, – подтвердил Джар. А потом мне на ухо шепнул: – Неужели ты ревнуешь? Меня?

Я фыркнула и, строго посмотрев на стражей, продолжила:

– И вот я – женщина в процессе деления, между прочим, – должна терпеть вызывающее поведение посторонней женщины? У меня нестабильный эмоциональный фон, вы должны войти в мое положение.

– У вас деление? – озадачились стражи.

Казалось, их и лешки удивлению не было предела.

– И еще какое… – многозначительно заявила я. Кивнула на улыбающегося Рето: – Здесь мой личный врач, он подтвердит.

– Угу, – согласился он.

Лица у служителей порядка мгновенно подобрели. Старший из них, что называется, откланялся:

– Приношу свои извинения, риа, береги себя!

Они уже развернулись, чтобы удалиться, а лешка истерично взвизгнула:

– И вы что – вот так просто уйдете?!

– Уважаемая риа ждет ребенка, у нее нестабильный эмоциональный фон и…

Деша упорно не сдавалась:

– По-вашему, если она зачала, то ей можно меня убивать?

– Нет, – я посмотрела на «жертву» прямо, чуть прищурив глаза, чтобы та прочувствовала скрытую угрозу. – Только ломать тебе конечности, рвать волосы, клевать мозги… словесно.

Последнее слово очередной сигнал тревоги проигнорировал. А вот охранники покачали головами с укоризной и, преследуемые визгливой напуганной лешкой, потрясавшей руками, удалились.

– Любовь – страшная сила! – веселился Рето.

– Ты меня ревнуешь? – не мог поверить Джар. Схватил и прижал к себе с восторженным выдохом: – Какие сильные чувства. Ко мне!

Двое незнакомых мне собеседников Джара и Рето тоже тихонько ухмылялись. Потом один из них признался:

– У меня была похожая ситуация с ри-янтой. Рядом с нами жила вечно голодная лешка. Моя Циния часто сталкивалась с ситуацией, когда соседка пыталась меня выпить… пока я пытался быть вежливым.

– Ну да, ты такой слабый, а лешка, выходит, сильная, – ядовито посочувствовала я.

Мужчина перестал улыбаться и, хмуро глянув на меня, ответил:

– Женщины, похоже, мыслят одинаково во всех мирах. Я понимаю, ты не в курсе положения дел. Меня с рождения приучили, что женщина – неприкасаемая. А голодные лешки обоих полов чрезвычайно сильны. Именно поэтому в здании система тревоги настроена даже на словесные угрозы.

– Говорите, жила, а теперь не живет? – заинтересовалась я и в шутку уточнила: – Твоя ри-янта не выдержала и съела лешкину печень?

Видимо, представив ситуацию, рант рассмеялся: