Дальше меня вели под конвоем. Периодически я ловила на себе изучающие взгляды аборигенов. Кажется, их интересовало все до мелочей: мои голубая майка и темные шорты, замызганные после лесных похождений, короткие ботинки на толстой подошве. А главное, они со странной смесью восторга и опаски разглядывали мои золотистые волосы.

Спустя час напряженного пути впереди показался частокол. Встречали нас всем «селом». Жаль, без каравая с солью. И без водки. Я бы точно хлебнула для храбрости. А может, и напоследок.

Глава 15

Бегло осмотрев деревню, я подумала, что ждать большого прогресса в развитии полярников естественным путем ранты будут долго. Нет, очень-очень долго. А вот мне подвернулась «удача» воочию увидеть истоки или зарождение первой цивилизации полярников.

За частоколом жмутся друг к другу десятка три даже не хибар, а жалких лачуг, сооруженных при помощи деревянных жердей-опор, накрытых чем-то похожим на бамбук и солому. Возле каждой вьется дымок костра, суетятся женщины и носятся ребятишки. Полярницы щеголяют в коротких кожаных сарафанчиках, в той или иной мере поношенных, с трудом прикрывающих весьма скромные бюсты широкими лямками. И все. Другой одежды на женщинах не заметила. Малыши и вовсе бегают голяком. Зато крепкие, жилистые шеи взрослого населения, причем как женские, так и мужские, украшает множество цветных бус. Ну хоть какое-то разнообразие.

Женщины оказались не менее коренастыми и рослыми, чем мужчины. Такими же лохматыми, но при этом чистыми, во всяком случае запаха застарелого пота не уловила. Среди темноволосых полярников кое-где мелькнули более светлые головы, но не более. Худенькая невысокая землянка здесь бы не пользовалась успехом. Поскольку я пару раз приняла женщину, стоявшую ко мне спиной, за мужчину, пока та не повернулась лицом, предъявив лямки и огромный живот, подтвердившие пол.

Количество беременных полярниц зашкаливает. Кажется, они поголовно ожидают прибавления семейства, разве что совсем маленькие девочки не обременены вынашиванием потомства. Мне, современной землянке, девушки-подростки с приличными животами в диковинку. Доведись остаться здесь, на этой планете, я не знаю, смогла бы жить в столь диких условиях.

Вся эта толпа совсем молодых женщин, детишек, беззубых старух и стариков, взрослых и мужчин, завидев нас, с азартом устремилась навстречу, образовав вдоль нашей процессии живой, галдящий, любопытствующий коридор. Чем не торжественная встреча инопланетянки? Даже вспомнились строчки из стихотворения, давным-давно написанного Лермонтовым: «Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно».[1] Да, одно дело читать о дикарях и смотреть фильмы, другое – попасть непосредственно к ним под грозным конвоем.

Как ни удивительно, нечистотами не воняло, только с дальнего угла деревни порывом ветра едва-едва доносился характерный запашок. И то, судя по звукам, там, скорее всего, держат домашних животных. С другой стороны, откуда здесь биотуалетам и утилизаторам взяться, которыми мы пользовались, проживая в полевых условиях на не населенных, но пригодных для жизни планетах. Зато над деревней витает странный аромат, от которого, как от игристого вина, бурлит кровь и слегка кружится голова, заставляя забыть об опасениях. Что это здесь, интересно, такое пахучее варят?

Лица жителей деревни были такого же фенотипа, как у пленивших меня охотников: сплошь губастые; с плоскими носами с выпирающими крыльями и без переносицы; с густыми бровями и очень низко растущими волосами, почти полностью скрывающими лоб. Цвет глаз варьировался от бледно-желтого до светло-карего, с золотистыми крапинками и зрачком, как у землян. И все это золотоглазое сообщество пристально рассматривало меня, словно еще и под кожу хотело заглянуть.

Идти сквозь толпу было жутко, внутри все неприятно дрожало, но я заставляла себя держать спину прямо и не показывать, что боюсь до паники. Как ни странно, грозный конвой даже радовал – вооруженные охотники заслоняли меня от горящих нездоровым любопытством глаз толпы, не смевшей подступить ближе чем на метр. Хотя, вероятнее всего, защищали не только меня, но и трофей – огромного паука-шейка, на которого успела насмотреться по дороге. И до сих пор с содроганием думала, что могла шейкам достаться на ужин, если бы один из них сам не оказался добычей.

Я передернулась от страха и крепче сжала кулаки, разглядывая невообразимо примитивное и, что гораздо важнее, непредсказуемое окружение. К подобному сказочно-историческому реалу, сколько ни изучай перед экспедицией учебники и инструкции, все равно невозможно подготовиться и предусмотреть хотя бы половину. Но я шла и по резким обрывкам фраз пыталась запомнить, выявить, объединить языковые формы полярников, рантов и землян. Сейчас это жизненно необходимо.