Читаем Эдгар По полностью

Уважаемый Сэр! По поступил правильно, сославшись на меня. Он искусно владеет пером и пишет в классическом и изысканном стиле. Ему не хватает опыта и руководства, но я не сомневаюсь, что он может быть Вам очень полезен. Человек этот очень беден. Я посоветовал ему писать что-нибудь для каждого номера вашего журнала и сказал, что Вы, возможно, сочтете в своих интересах предоставить ему какую-нибудь постоянную должность... Молодой человек обладает живым воображением и немного экстравагантен. Сейчас он работает над трагедией, но я склонил его заняться чем-нибудь таким, что может принести деньги..."

Намек мистера Кеннеди был понят правильно. "Береника" явилась первой ласточкой, и в течение нескольких следующих месяцев в каждом номере "Мессенджера" печатался какой-нибудь рассказ, критическая статья или рецензия По. Джон Кеннеди не только спас его, но и "сделал" как писателя. По никогда не забывал этого и через много лет с неохладевшим чувством благодарности сказал: "Мистер Кеннеди всегда был мне истинным другом - первым истинным другом, повстречавшимся на моем пути, - ему я обязан самой жизнью".

Томас Уилкис Уайт, редактор журнала "Сазерн литерери мессенджер", был уроженцем штата Виргиния и принадлежал к многочисленному племени странствующих журналистов, которые в 30-х годах прошлого века сменяли друг друга в шатких редакторских креслах всевозможных журналов, подобно призракам, появлявшимся то тут, то там по всей Америке, чтобы

[154]

в большинстве своем мирно кануть в небытие, оставив по себе тусклую и недолгую память. Уайт обладал хорошими деловыми способностями и был приятным человеком, хотя и себе на уме. Однако ему недоставало образования, литературных способностей и редакторского кругозора для того, чтобы привести журнал к большому успеху. В 1834 году у "Мессенджера" было всего несколько сотен подписчиков. Очень скоро Уайт понял, что По как раз тот человек, какой нужен журналу. Он по достоинству оценил материалы, которые По присылал на протяжении всей весны 1835 года, и предложил ему постоянное место в своем ежемесячнике. 2 июня По написал Уайту пространное письмо, в котором, коснувшись многих относящихся к журналу предметов, говорит: "...Вы спрашиваете, соглашусь ли я приехать в Ричмонд, если случится так, что этой зимой Вам понадобятся мои услуги. Могу ответить, что сделал бы это с величайшим удовольствием. С некоторых пор я испытываю живейшее желание посетить Ричмонд и был бы рад любому разумному поводу для такого визита..."

Однако переезд в Ричмонд пришлось пока что отложить. Мистер Уайт еще не был готов принять По на службу, а старая миссис По находилась при смерти. Чеки на 5-10 долларов, изредка приходившие из редакции "Мессенджера", помогали кое-как отогнать нужду, во всяком случае, на то время, пока перо повиновалось обитателю маленькой комнатушки на Эмити-стрит... Однажды везший почту пароход был ограблен неким Уильямом Джонсом, в результате чего По понес "небольшой убыток" - он как раз купил и послал Уайту несколько банок особо качественной типографской краски.

Еще 30 мая 1835 года По написал Уайту в Ричмонд, упомянув о серьезной болезни, перенесенной им около этого времени:

"Я уже несколько дней не видел мистера Кеннеди, будучи слишком нездоров, чтобы выходить из дому... Когда я с некоторой поспешностью писал очерк, который послал Вам, я чувствовал себя так дурно, что едва различал лист бумаги, на котором писал, и закончил в состоянии полного изнеможения..."

12 июня он снова пишет Уайту:

"Рад сообщить Вам, что я уже совершенно поправился, хотя доктор Баклер еще три недели назад уве

[155]

ряд, что спасти меня может лишь морское путешествие..."

Видимо, речь шла не о простом недомогании. Доктор Баклер не стал бы рекомендовать стесненному в средствах молодому поэту морское путешествие, не будь у него достаточных оснований для тревоги. Ему казалось, что только оно может спасти пациента. И болезнь эта была лишь повторением нескольких подобных кризисов, пережитых им в предыдущие четыре года. Вспомним, что он неоднократно жаловался на здоровье в письмах к Джону Аллану.