Читаем Джон Голсуорси полностью

Дав трезвый и проницательный анализ форсайтизма, выраженного в образах большинства Форсайтов, Голсуорси возвышает над ними старого Джолиона собственника по своей сущности - за то, что в нем есть и нефорсайтские свойства: сердечная теплота, чувство юмора, умение мыслить отвлеченно и понимать Красоту. Эти истинно человеческие черты старого Джолиона, противоречащие нормам форсайтизма, не являются, однако, в изображении автора источником внутренней дисгармонии. Здесь таится зерно развившейся позднее мысли о совместимости подлинно человеческих чувств с бытием собственников, облагороженных, лишенных "крайностей" чувства собственности {Именно в этом плане дан образ не названного по имени 80-летнего старика в этюде "Портрет", вошедшем в сборник "Смесь" (1910). В основу портрета, по словам автора, положены черты его отца, другими словами, черты старого Джолиона, которые мы узнаем. Противоположные качества даны здесь в "сбалансированном" виде. "Он пронес через всю жизнь стремление к самому лучшему и в области материальной и в области духовной", - говорит автор о своем герое. Отвращение к авантюризму, осторожность, умеренность, мудрый расчет в финансовых делах, умение наслаждаться красотой жизни - вот что автор определяет как "гармоничное существование". В его глазах именно благодаря этим качествам герой "Портрета" принадлежит к ушедшему в прошлое "золотому веку".}. Вместе с тем автор именно с этим образом связывает мысль о положительном значении класса Форсайтов, отмечая в старом Джолионе "здравость ума, выдержку и жизнеспособность - все то, что делало его и многих других людей одного с ним класса ядром нации". Отмеченные им качества, необходимые для созидательной работы, Голсуорси находит только в Форсайтах, не видя их в английском народе; с другой стороны, он как будто забывает, что у старого Джолиона эти качества были подчинены целям стяжательства. Та же мысль о "ядре нации" проглядывает и у молодого Джолиона в его иронической лекции о "симптомах форсайтизма". Давая меткое определение этих симптомов, он в то же время гипертрофирует значение Форсайтов, как и автор, не видя в английской действительности сил, способных им противостоять. Таким образом, сатирическая линия, очень четкая в начале романа, не получает логического развития.

В то же время в романе проступает мысль, свидетельствующая об ощущении автором "духа времени".

Хотя Форсайты не воспринимают гибель Боснии как свое поражение и все в форсайтском мире остается неизменным, автор дает понять, что с этой гибелью связана первая трещина в твердыне форсайтского благополучия. Свою мысль он выражает через символ: смерть Босини - удар молнии в семейное дерево Форсайтов, которое уходит корнями в закон собственности. "На взгляд посторонних оно еще будет цвести, как и прежде, но ствол его уже мертв". Предчувствием угрозы форсайтскому семейному очагу - этой основе основ собственнического бытия - проникнута и нарисованная в первой части книги сцена похорон тети Энн, старшей в роде Форсайтов. Сравнивая клан Форсайтов с деревом в разгар цветения, "почти отталкивающим в своей пышности", Голсуорси уже предчувствует, что дерево это должно засохнуть. Его предчувствие было порождено обстановкой, сложившейся в начале XX века, когда создавался "Собственник"; писатель ощущал, что стабильное существование Форсайтов, принадлежащих XIX веку, отходит в прошлое.

"Собственник" был задуман как самостоятельное произведение. Лишь через 12 лет автор вернулся к Форсайтам и продолжил эпопею этой семьи {В эту эпопею, помимо "Собственника", вошли романы "В петле" (1920) и "Сдается в наем" (1921), составляющие вместе с "Собственником" трилогию "Сага о Форсайтах", и "Белая обезьяна" (1924), "Серебряная ложка" (1926), "Лебединая песня" (1928), составляющие трилогию "Современная комедия" В данном издании обе трилогии занимают четыре тома. Таким образом в первых четырех томах собрания сочинений Голсуорси представлена вся эпопея о Форсайтах, которой принадлежит центральное место в его творчестве.}.

С выходом "Собственника" Голсуорси прочно занял одно из первых мест в английской литературе своего времени. Правда, реакционная критика, тотчас же почувствовавшая, что в "Собственнике" изображены "вещи как они есть", выразила свое недовольство романом. В частности, автор рецензии в журнале "Спектейтор" сожалел, что Голсуорси нашел такое применение своему таланту, предупреждал, что к книге надо подходить с большой осторожностью, ибо из-за "уродливых мест" она производит "гнетущее впечатление" и это делает ее неприемлемой для широкого читателя.

Иначе встретила та же критика вышедший вслед за "Собственником" роман Голсуорси "Усадьба" (1907). Так, рецензент "Тайме" нашел, что это произведение "хотя и менее сильное, но более приятное, а также более правдивое".