Читаем Джо и Лори полностью

Эми охватил восторженный трепет от мысли, какой путь проделало это письмо: возможно, его везли на лошади через Скалистые горы и через равнины, мимо индейцев и ковбоев, мимо обозов, направляющихся в Орегон. А может, оно сначала переплавлялось на пароходе на юг, затем пересекло в фургоне Панамский перешеек, а после этого из Флориды снова путешествовало на пароходе. Может, его перехватили пираты, высадившиеся на каком-нибудь неогибаемом острове.

Когда она рассказала все это Мег, та рассмеялась.

– Необитаемом. И какому же пирату могло понадобится письмо, адресованное Джо?

– Помирающему со скуки, – отозвалась Джо.

Эми надулась.

– Почему вы все время надо мной подшучиваете? – поинтересовалась она. – Вы ездили развлекаться в Нью-Йорк без меня! Все делаете без меня! А мне остается только сидеть дома и думать о приключениях. Самое большее, что мне перепадает – это старые письма Джо.

Мег взяла ее за подбородок и ласково сказала:

– Будут и у тебя приключения, солнышко. Мы с Джо в твоем возрасте тоже нигде не бывали.

– Джо не хочет даже придумать для меня приключение, – продолжила Эми.

– Я же объясняла: мне не в радость описывать столько иностранных городов! Тем более, я их сама никогда не видела! – ответила Джо.

– Но скоро увидишь, тебя уже пригласили в Париж и Лондон. Отправишься туда со дня на день! А я всю свою жизнь проторчу в Конкорде.

– Бет ни разу не выезжала из Конкорда и была счастливей всех нас, – возразила Джо.

– Бет была святой! – сказала Эми. – С ней мне не сравниться. Мне жаль, что у вас осталась я, Джо! Знаю, что Бет была твоей любимицей.

Джо резко обернулась, а Мег в ужасе вскинула руки.

– Эми! Что ты такое говоришь!

– В нашем мирном доме всех любят одинаково, – сказала мама, пытаясь успокоить младшую дочь.

– Неправда, – воспротивилась Эми. – В книге я эгоистичная и нелепая, а Бет – милая и идеальная, и ей дарят пианино.

Все повернулись к стоящему в центре комнаты фортепиано, уже давно не издававшему ни звука: никто не находил в себе силы играть на нем, с тех пор как умерла Бет.

Согретая исходящим от камина теплом, Джо снова обрела дар речи.

– Разве я не откладываю каждый месяц деньги для твоих уроков рисования, на уголь и краски?

– Откладываешь.

– А на новые ленты и банты?

– Лент у меня хватает.

Джо покачала головой.

– Эми, ты так же дорога мне, как и Бет, и мне больно слышать, что ты этого не понимаешь.

Эми со вздохом поставила на пол свою корзину.

– Понимаю, конечно.

– Ну вот и славно, – подытожила Мег, вместе с мамой обнимая обеих сестер.

– Наша семья – это все, что у нас есть, – высказалась матушка со слезами на глазах. – Любите друг друга, мои дорогие. И не забывайте об этом. В конце концов, ничто другое не имеет значение.

Сестры пообещали не забывать. Они расцепили объятия, и Джо взъерошила Эми волосы.

– Когда-нибудь и в твоей жизни будут приключения, причем настоящие, а не книжные.

Эми вздохнула.

– Так скучно ждать этого «когда-нибудь»!

– Доченька, – начала мама. – Если тебя так сильно заинтересовали письма Джо, то, быть может, поможешь на них ответить?

От такого предложения Эми значительно воспряла духом. Писать письма в Лондон, Париж и Калифорнию казалась самой захватывающей идеей за последние несколько недель.

– Ой! Можно, Джо? Пожалуйста!

Джо тяжело вздохнула.

– Кому-то все равно придется. Я не смогу ответить всем сама.

– Это будет полезно, Эми, – сообщила мама. – Весьма занятный способ практиковаться в школиграфии.

– Но я обязательно проверю каждое, прежде чем ты их отправишь! – крикнула Джо. – Не хочу попасть из-за тебя в глупое положение.

– Джо, не переживай. Сестра тебя не подведет.

Эми опустилась на диван.

– Я абсолютно выбилась из сил, стоило мне подумать о том количестве писем, на которые предстоит ответить, а я еще даже не начала.

– Ты и правда выглядишь уставшей, – сказала мама, поглаживая Эми по голове и проводя рукой по ее бледному лбу и румяной щеке. – Сегодня можешь начать с трех писем. Если не возражаешь.

Эми сразу же засела за письма, начав с того, что пришло самым первым. Всего их было около сотни: при таком темпе у нее уйдет целый месяц, чтобы ответить на все, и Эми чувствовала усталость от одной только мысли об предстоящей работе.

Но она выводила каждую букву аккуратно, своим лучшим почерком, от имени Джо: «Я очень рада, что вам понравилась моя книга. В настоящее время я работаю над продолжением и постараюсь учесть ваши рекомендации. С наилучшими пожеланиями, Джозефина Марч».

Она просидела за столом несколько часов, пока не стемнело.

– Вот, – сказала Эми, спустившись к ужину и показывая свою работу Джо. Она ужасно устала, а в голове у нее стоял туман, как случается, когда всю ночь промучаешься от бессонницы. – Теперь только попробуй сказать, что я не молодец.

Джо прочла письма, одобрительно кивая, хотя в некоторых местах ей приходилось исправлять орфографические ошибки и убирать несколько ненужных запятых.