– Каждый день, проведенный с ним, полон безрассудств.

– То же самое могу сказать и о тебе, Хэт, – дерзко подмигнул ей Лори.

Возможно ли, что он с ней флиртует? Такая грудь…

Их прервал голос, раздавшийся из-за входных занавесок:

– Теодор Лоренс! Это ты? Какое счастье видеть тебя и какая фортуна, ведь завтра состоится Герцогский бал!

Леди Хэрриет, Теодор Лоренс, Джон Брук и обе мисс Марч разом повернули головы и увидели входящую в ложу пожилую и еще более грудастую версию Леди Хэт, в еще более шикарном и пышном наряде. По всей вероятности, это была вдова Кармайкл-Карлтроп или, как обратилась к ней Леди Хэт, «мамочка».

– Мадам, – пробормотал Лори, почтительно склонив голову после галантного поклона. Джо кое-как смогла совладать с собой и сделать едва заметный книксен. Позади нее Мег издала сдавленный горловой звук, выражающий ужас.

– Пожалуйста, скажи, что вы присоединитесь к нам, мой милый мальчик. Я не видела твоего деда с тех пор, как мы встретились в Биаррице.

Упоминание о Лоренсе-старшем вызвало у Лори улыбку.

– Ах да, Герцогский бал. Как я мог забыть? Великий клан Кармайкл-Карлтроп собирается вместе, дабы осчастливить своим присутствием весь Манхэттен?

Широколицая, благоухающая лавандой матрона растянула губы в улыбке, вздымая свое кружевное… декольте.

– Нет, мой мальчик, не весь Манхэттен.

– Только его элиту, прошу заметить. На Герцогский бал приглашено исключительно первоклассное общество. Больше не пугай так мамочку, – отозвалась, зевая, Леди Хэт.

Джо, конечно же, было знакомо это ужасное выражение «Нью-Йоркская элита»: верхняя прослойка общества упоминалась практически в каждом журнале, в котором публиковался ее скромный литературный вклад. Но слышать о ней из чьих-либо уст? И более того – видеть, как сильно забавляет эта тема Лори?

Джо, как дочь капеллана, чувствовала себя униженной.

– Веди себя прилично, Хэрриет. Разумеется, мы будем в избранном кругу семей из высшего сословия. Включая, естественно, и семью Лоренсов из Бостона, – изрекла вдова.

– Естественно, – с улыбкой повторила леди Хэрриет. – И не забудь захватить с собой друзей, Лори. Откуда они, повтори-ка? Из Бостона?

– Из Нью-Йорка, мадемуазель, – ответил мистер Брук. – Но мое детство прошло в Провиденсе.

– А мы из Конкорда, – выдавила из себя Мег. Добавить к этому было нечего.

Леди Хэрриет весело взглянула на сестер.

– Conquered[7]? Как жаль. Я думала, союзная армия отвоевала все назад. – Она запрокинула голову и расхохоталась над своим собственным каламбуром.

Джо кашлянула. Мег в ужасе вытаращила глаза.

Вдовствующая леди наклонилась ближе.

– Хэрриет не имела в виду ничего дурного. Просто у нее такое сардоническое чувство юмора, которое обостряется в присутствии ничего не подозревающих граждан. Безусловно, это весьма прискорбный изъян характера, думаю, вы со мной согласитесь.

Возможно, дело было в насмешливом тоне беседы, или в запахе напудренных локонов, или в обилии кружевных оборок. Неважно, что явилось тому причиной, но Мег оперлась на руку Джо, и та почувствовала, как у сестры под шелковым платьем подкашиваются ноги.

– Я думаю… мне нужно… на воздух.

Джо была с ней полностью согласна. Им обеим нужен был воздух. Без запаха привилегий, напудренных декольте, зависти и оценивающих суждений.

Глоток свежего конкордского воздуха.

12. Большие надежды в Стейнвей-холле

Следующим утром, аккурат к завтраку, пришла телеграмма. Телеграмма, а следом за ней и проблема. Всего четыре короткие строчки: герцогский бал – кармайкл-холл – ровно в восемь вечера – будет чарльз элиот.

Смысл был вполне доходчив, по крайней мере, для Лори: дедушка желает, чтобы внук представлял их семью на знаменитом Герцогском балу Кармайклов-Карлтропов. Остальные детали значения не имели – никто не сомневался, что как только в опере опустился занавес кто-то из Карлтропов телеграфировал мистеру Лоренсу через его агента, потому что старик получал сообщения исключительно таким способом.

– Нам тоже? Всем четверым? – Мег переполняли эмоции. Светский бал, особенно этот, сам по себе оправдывал длинную дорогу из Конкорда.

Но Джо негодовала. Поразительно, пронеслось в голове Джо, как быстро некоторым людям удается заставить весь остальной мир плясать под свою дудку. Даже такую влиятельную семью, как Лоренсы. Скорость, с которой все случилось, подразумевала определенную настойчивость: будь то по причине близости самого мероприятия или желательности присутствия на нем Лори. По какой именно из двух причин Лори не уточнил – проявил себя истинным джентльменом, что еще больше обозлило Джо, хотя она в этом не признавалась. Уж точно не перед ним.

– Если твое присутствие обязательно, так и скажи, – обратилась к нему Джо, прохаживаясь по гостиной пансиона.

– Только из-за Чарльза Элиота, – угрюмо ответил Лори.

– Кстати, этот мистер Элиот… Почему твоему дедушке так важно его присутствие на балу? – поинтересовалась Мег.