Читаем Дворцовые перевороты полностью

Руки мощные сплетают,Обхватив друг друга, братья —Дон Энрике с доном Педро.Их железные объятьяБратскими не назовете,Братья бьются, слов не тратя,То кинжал сверкнет, то шпага,Крепко сжаты рукояти.Короля теснит Энрике,Стоек Педро. Бьются братья,В их сердцах пылает ярость,С губ срываются проклятья.В стороне стоит свидетель,Молчаливый наблюдатель,Юный паж, слуга Энрике.Вдруг он видит, – о, Создатель!Братья дрогнули и обаНа пол падают. НекстатиЧуть замешкался Энрике,И король – верхом на брате.Час твой пробил, дон Энрике.Паж – в смятенье и, не глядя,Бросился на дона Педро,За камзол хватает сзади,Говоря: «Прошу прощенья.Государь, судите сами,Я спасаю господина,Потому невежлив с вами».И уже вскочил Энрике,Сталь в деснице засверкала,В грудь коварного владыкиОстрие вошло кинжала.Сердце замерло навеки,Захлебнулось кровью алой.В христианском нашем миреЗлее сердца не бывало.

Так погиб один из наиболее жестоких испанских королей. Дон Фадрике, Бланка Бурбонская и другие были отомщены. Энрике стал королем и в течение десяти лет правил Кастилией.

Король умер – Да здравствует король!

Правление жестокого короля Педро I вызвало в государстве такую бурю негодования, что это привело к свержению законной династии и воцарению Энрике де Трастамары под именем Генрих II (Энрике) (1333–1379) – короля Кастилии, именуемого также Генрихом Трастамарой. Щедрые пожалования знати и городам дали повод для прозвища Генриха – Щедрый.

Несмотря на свержение тирана и смену династии, междоусобные войны продолжались. Хотя после смерти Педро большая часть знати и населения Кастилии признали Энрике, однако Кармона, Сьюдад Родриго, Самора, Молина и другие местности, оставаясь верными памяти законного короля, восстали против Энрике, в то время как король Арагона заявил свои претензии на некоторые города, а король Португалии вступил в Галисию под предлогом защиты дочерей Педро.

Энрике в борьбе с Португалией добился известных успехов, хотя в то время как он одерживал победы на суше, португальская эскадра подвергла блокаде побережье Андалусии. Затем он овладел Саморой и Кармоной и, не выполнив договора об условиях капитуляции, приказал убить алькальда Кармоны Мартина Лопеса де Кордову, опекуна обеих дочерей дона Педро. Дочери же покойного короля были заключены в тюрьму.

Король Португалии заключил с Энрике мир, но вскоре нарушил свое слово. Энрике вынужден был снова вести борьбу с Португалией и одновременно отражать натиск наваррских войск. Положение осложнялось еще и вследствие того, что в Галисии также вспыхнуло восстание против Энрике.

Вступив на престол, Энрике стал решительным сторонником французов в их борьбе против англичан. Он послал эскадру к берегам Гиени на помощь своему другу, королю Франции. Эта эскадра нанесла поражение англичанам. Английский адмирал граф Пемброк был взят в плен.

В этой войне Энрике руководствовался не только желанием оказать помощь королю Франции в его борьбе с англичанами. Он отстаивал также свои собственные интересы, поскольку английские принцы представляли тогда опасность для нового короля Кастилии. Дело в том, что два сына английского короля – герцог Ланкастерский и герцог Йоркский – были женаты на дочерях короля Педро и Марии де Падилья – Констанс и Изабелле. Герцог Ланкастерский с одобрения своего отца, короля Эдуарда III, который был другом Педро, заявил свои претензии на кастильский престол и провозгласил себя королем Кастилии. Он объявил войну Энрике, который разгромил английский флот в двух битвах.

Перейти на страницу:

Все книги серии Загадки истории

1905 год. Прелюдия катастрофы
1905 год. Прелюдия катастрофы

История революции 1905 года — лучшая прививка против модных нынче конспирологических теорий. Проще всего все случившееся тогда в России в очередной раз объявить результатом заговоров западных разведок и масонов. Но при ближайшем рассмотрении картина складывается совершенно иная. В России конца XIX — начала XX века власть плодила недовольных с каким-то патологическим упорством. Беспрерывно бунтовали рабочие и крестьяне; беспредельничали революционеры; разномастные террористы, черносотенцы и откровенные уголовники стремились любыми способами свергнуть царя. Ничего толкового для защиты монархии не смогли предпринять и многочисленные «истинно русские люди», а власть перед лицом этого великого потрясения оказалась совершенно беспомощной.В задачу этой книги не входит разбирательство, кто «хороший», а кто «плохой». Слишком уж всё было неоднозначно. Алексей Щербаков только пытается выяснить, могла ли эта революция не произойти и что стало бы с Россией в случае ее победы?

Алексей Юрьевич Щербаков , А. Щербаков , А. Щербаков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Архетип и символ
Архетип и символ

Творческое наследие швейцарского ученого, основателя аналитической психологии Карла Густава Юнга вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Данный однотомник сочинений этого автора издательство «Ренессанс» выпустило в серии «Страницы мировой философии». Эту книгу мы рассматриваем как пролог Собрания сочинений К. Г. Юнга, к работе над которым наше издательство уже приступило. Предполагается опубликовать 12 томов, куда войдут все основные произведения Юнга, его программные статьи, публицистика. Первые два тома выйдут в 1992 году.Мы выражаем искреннюю благодарность за помощь и содействие в подготовке столь серьезного издания президенту Международной ассоциации аналитической психологии г-ну Т. Киршу, семье К. Г. Юнга, а также переводчику, тонкому знатоку творчества Юнга В. В. Зеленскому, активное участие которого сделало возможным реализацию настоящего проекта.В. Савенков, директор издательства «Ренессанс»

Карл Густав Юнг

Культурология / Философия / Религиоведение / Психология / Образование и наука
Мемуары
Мемуары

«Мемуары» Лени Рифеншталь (1902–2003), впервые переводимые на русский язык, воистину, сенсационный памятник эпохи, запечатлевший время глазами одной из талантливейших женщин XX века. Танцовщица и актриса, работавшая в начале жизненного пути с известнейшими западными актерами, она прославилась в дальнейшем как блистательный мастер документального кино, едва ли не главный классик этого жанра. Такие ее фильмы, как «Триумф воли» (1935) и «Олимпия» (1936–1938), навсегда останутся грандиозными памятниками «большого стиля» тоталитарной эпохи. Высоко ценимая Гитлером, Рифеншталь близко знала и его окружение. Геббельс, Геринг, Гиммлер и другие бонзы Третьего рейха описаны ею живо, с обилием бытовых и даже интимных подробностей.В послевоенные годы Рифеншталь посвятила себя изучению жизни африканских племен и подводным съемкам океанической флоры и фауны. О своих экзотических увлечениях последних десятилетий она поведала во второй части книги.

Лени Рифеншталь

Биографии и Мемуары / Культурология / Образование и наука / Документальное