Читаем Движимые полностью

Когда она выходит из комнаты, слышу, как мальчики с оживлением направляются к входной двери. Только тогда Колтон подходит ко мне и оттесняет к кухонной стойке. Он прижимается ко мне бедрами, в то же время его рот захватывает мой в умопомрачительном, головокружительном, выворачивающем душу наизнанку поцелуе. Боже, я скучала по его вкусу. Поцелуй слишком короткий, чтобы восполнить четыре дня его отсутствия. Когда наши губы отрываются друг от друга, он крепко меня обнимает, и я могу потеряться в нем — полном молчаливого отчаяния. Он держит меня в объятиях, лицом прижимаясь к моей шее, и я чувствую, как он дышит мной, черпая силу из нашей связи.

— Эй, — ласково бормочу я, когда его руки прижимаются к моей спине. — Ты в порядке?

— Да. — выдыхает он. — Теперь да.

Его невнятное признание потрясает меня. Поражает те части глубоко внутри меня, которые еще целы и полны надежд и возможностей.

Он, наконец-то, отпускает меня, когда слышит звуки в коридоре. Смотрю на его лицо, сквозь красивые черты, от которых до сих пор перехватывает дыхание. Замечаю темные круги под его усталыми, настороженными глазами. Он не спит. Опять кошмары? Не знаю и не хочу спрашивать. Расскажет сам, если захочет. Когда сможет.

Пристально смотрю на него и пытаюсь понять, что в нем изменилось. Только когда он наклоняет голову, чтобы вопросительно посмотреть на меня из-за моей молчаливой оценки, меня осеняет. Он гладко выбрит. Протягиваю руку и провожу по его челюсти, его лицо льнет к моему прикосновению. И что-то в этом незначительном жесте, вкупе с его предыдущим признанием, заставляет мое сердце биться сильнее.

— Что это? — спрашиваю я, отводя глаза, чтобы он не прочитал моих явных эмоций. — Так ровно и гладко выбрит.

— Это не сулит ничего хорошо рекламе бритвы, обещающей легкую щетину, — ухмыляется он, проводя ладонями вверх и вниз по моим бокам. При его прикосновении искры желания вспыхивают внизу моего живота.

Громко смеюсь.

— Понятно. Мне нравится, — говорю я ему, снова пробегая по нему пальцами, когда он хмурится. — Все в порядке, Ас, без щетины ты все равно источаешь ауру плохого мальчика. Кроме того, я бы переспала с кем-нибудь другим, кроме этого заросшего щетиной мужика, на которого я зря трачу свое время.

Он сверкает озорной улыбкой.

— Зря тратишь время, значит? — Он делает шаг ко мне, страсть явно вытесняет веселье из его глаз.

Каждая частичка моего тела сжимается от того, как он, словно хищник, движется в мою сторону. Боже мой. Возьми меня, хочется мне сказать ему. Возьми каждую частицу меня, которую ты еще не украл, захватил и потребовал.

— О, определенно. Он настоящий бунтарь… — морщу нос, подыгрывая ему, — …а я однозначно не любительница плохих парней.

— Нет? — Он облизывает губы быстрым движением языка. — Какой именно типаж ты предпочитаешь? — Дьявольская ухмылка выгибает уголки его губ, когда он протягивает руку, чтобы коснуться моего лица, и в то же мгновение она исчезает. Его глаза сужаются, замечая синяк, который оставил Зандер на моей щеке. Моя тоналка явно стерлась. — Кто это сделал? — требовательно спрашивает он, руками обхватывая мою шею, поворачивая мне голову в сторону, чтобы он мог рассмотреть серьезность синяка. — Это сделал Зандер прошлой ночью?

Поражаюсь его словам.

— Да, это вполне естественно. — Я пожимаю плечами. — Откуда ты об этом знаешь?

— Бедный пацан. — Он качает головой. — Я звонил тебе сегодня утром. Ты еще спала после того, как всю ночь была с Зандером. Я ничего от тебя не слышал и забеспокоился. — Он делает паузу, и эти слова — его признание, что он заботится обо мне, сразу вслед за теми другими, говорят мне о многом, что он нуждается во мне — воспламеняют мою душу и заставляют губы автоматически складываться в улыбку. — Я позвонил в Дом, ответил Джексон. Он рассказал, что случилось. — Он отводит в сторону мой подбородок, чтобы снова посмотреть на щеку.

— Уверена, что все в порядке?

— Да. — Я киваю головой, его забота умилительна.

— В общем, я подумал, что детям может понадобиться перерыв, чтобы стряхнуть с себя воспоминания о прошлой ночи. — Он наклоняется и снова прислоняется ко мне губами. — И я очень хотел увидеть тебя, — бормочет он на одном дыханий, его слова выстреливают прямо мне в сердце и впиваются в каждую клеточку.

Как он может говорить, что не разделяет романтических взглядов, когда так непринужденно произносит подобные вещи, когда их меньше всего ожидаешь?

— Сегодня вечером у меня дела, так что я ограничен во времени, но мне хотелось бы пойти повеселиться и снять стресс. — Он еле заметно качает головой, и я вижу, как намек на печаль возвращается в его глаза. — Кроме того, это был тяжелый день и мне нужно отдохнуть. Сделать что-нибудь, чтобы расслабиться.

— Всё в порядке?