— Поцелуй? Или… — позволяю своим словам стихнуть, поднимаю брови, мои глаза обводят бронзовую кожу и четкие линии его обнаженного торса и останавливались на этих невероятно убийственных губах. Позволяю взгляду задержаться на его зеленых, искрящихся весельем глазах, когда он наблюдает, как я оценивающе на него смотрю.

Колтон поднимает бровь и развязывает рукава своего защитного костюма, завязанные вокруг талии.

— Или что? — дразнит он, делая шаг ко мне и наклоняется, упираясь руками о подлокотники кресла по обе стороны от меня.

Смотрю на него и чувствую себя в миллионах километров от тех событий, участниками которых мы были сутки назад. Чувствую, что это был действительно плохой сон, но странно рада, что это не так. Теперь между нами есть что-то, полагаю, легкость или удовлетворенность, которая показала нам, что мы можем с этим разобраться. Что можем сражаться, любить и ненавидеть, но в конце концов, сможем вновь обрести друг друга. Что мы можем использовать удовольствие друг друга, чтобы похоронить боль.

— Не уверена… я никогда раньше не имела дела с гонками… — ухмыляюсь я, поддаваясь искушению — взять то, что сейчас на самом деле мое — дразня, провести пальцами вверх по груди и вдоль подбородка, пока они не окажутся в его волосах.

Он опускает голову и захватывает мой рот, томно исследуя его своим языком. Скольжу пальцами по его коже. Глубоко в его горле зарождается гул одобрения. Он вбирает мой слабый вздох и углубляет поцелуй. Крайней необходимостью и полным почитанием показывая, что он испытывает ко мне.

Стук в дверь трейлера заставляет меня отскочить от Колтона, и он произносит одно из своих любимых проклятий, и оборачивается на нее. Смотрю на него и позволяю эмоциям плыть сквозь меня, и словно во сне приветствую их. Мой до боли прекрасный негодяй, стоящий передо мной, действительно мой.

— Время для шоу? — спрашиваю я со вздохом.

— Пришло время взять клетчатый флаг, детка. — Ухмыляется он и целомудренно целует меня в губы. Застаю его врасплох, когда обхватываю сзади за шею, проникаю языком между его губами и просто беру. Беру все, что мне было нужно и чего я хотела и боялась попросить последние несколько месяцев. И хотя я застаю его врасплох, он отдается без колебаний, не задавая вопросов. Заканчиваю поцелуй и слегка отстраняюсь, чтобы посмотреть ему в глаза — без слов говоря, сколько он мне только что дал. На его губах появляется улыбка, углубляя эту одинокую ямочку на щеке, которую я так люблю, и лишь качает головой, пытаясь понять, в чем дело.

— Время взять клетчатый флаг, малыш. — Улыбаюсь я ему, поднимаясь с кресла. Он тянется к нему и стаскивает новую футболку — футболку с надписью — чтобы теперь одеть ее под защитный костюм, когда он поносил нужную счастливую футболку, отведенное согласно суеверию время. Смотрю на часы и поражаюсь начинающим трепетать нервам, когда понимаю, что осталось совсем немного времени до того, как двигатели будут заведены, а он кажется таким спокойным и собранным.

— Не волнуйся, — говорит Колтон, возвращая меня в реальность, понимая, почему я прижала руку к животу, где порхают бабочки. — Они настигнут меня, как только мы выйдем из трейлера. — Он указывает на мой живот, затем кивает головой в сторону двери и надевает кепку. Свою счастливую кепку. И я ласково улыбаюсь, понимая, что это та самая кепка, что была на нем в день нашего свидания на ярмарке.

Мистер Я — Так — В — Себе-Уверен, надел свою счастливую кепку на наше первое официальное свидание. Как будто мое сердце может разомлеть еще сильнее.

— Готова? — спрашивает он, проходя несколько шагов, а затем поворачивается и протягивает мне руку.

— Эй, Ас? — Колтон останавливается перед приоткрытой дверью и с любопытством оглядывается на меня. Пришло время показать ему, что его ждет на финише. Дома, в маленьком магазинчике новинок, я нашла откровенные черно-белые клетчатые трусики, на которых во всю задницу нашита надпись «Завелась и рвется в бой». Учитывая положение дел между мной и Колтоном, не уверена, зачем я вообще взяла их с собой в поездку, но, очевидно, беря во внимание вчерашний поворот событий, я рада, что сделала это. Его глаза расширяются, когда я расстегиваю шорты и покачивая бедрами, стягиваю их вниз, чтобы он смог увидеть намек на кружева и клетчатую ткань. — Малыш, это единственный клетчатый флаг, который тебе нужен.

Его улыбка становится шире, а открытая дверь забыта, Колтон делает обратно два шага и прижимается ко мне своим телом. На мгновение он останавливается и смотрит на меня, наши губы приоткрыты, эмоции переполняют глаза, прежде чем врезаться в мои губы абсолютно голодным и плотским поцелуем. Колтон разрывает наш поцелуй так же внезапно, как и начал, и смотрит на меня с ухмылкой.

— Можешь поставить свой зад на кон, что это единственный клетчатый флаг, на который я однозначно претендую.

<p>ГЛАВА 42</p>

Колтон

Я чувствую это.