Читаем Дверь в будущее полностью

– О, я знаю номер его креди… – Колин осёкся, когда Габриэль покосился в его сторону.

– Не знаю. Я ничего не знаю, – поправился Колин и сунул в рот ложку с томатным супом.

– Хорошо, – через мгновение сказал Габриэль.

– Что? – спросила Сэйди.

– Сделай это. Что угодно. Заказывай всё, что хочешь, Сэйди. Мне неважно.

Эйприл видела, что ему действительно всё равно. От этого становилось грустно. И страшно. Потому что она провела в системе опеки десять долгих лет и успела понять, что безразличие опекуна не всегда было во благо.

Но Сэйди этого не знала. Сначала у неё были двое любящих родителей, потом бабушка, которая её обожала, а затем мисс Нельсон и Смиттерс, которые сделали бы всё возможное, чтобы девочка была в безопасности.

Она не видела угрозы в том, как Габриэль пожал плечами и пробормотал:

– Трать сколько хочешь. Покупай что хочешь. Мне всё равно.

Сэйди ничего не понимала. Но Тим понимал. Они с Эйприл переглянулись через стол.

– Ты имеешь в виду одежду и другие вещи тоже? – продолжала Сэйди, не веря своей удаче. – Потому что Вайолет до сих пор нужны…

– Да. Просто… покупай всё, что вам нужно. Мне безразлично. Уж деньги у меня есть.

Никто не стал спрашивать, чего у него нет – возможно, потому, что дети опасались услышать ответ. Поэтому они просто продолжили есть суп.

– Эта ужасная женщина не знает, о чём говорит, – сказала Эйприл. – Это лучшее место, где я когда-либо жила, Габриэль. За всю свою жизнь.

– Да, – согласился Тим. – У меня то же самое.

– Они нас не заберут, – воскликнула Сэйди. – Они не смогут. Они не станут! Ты… Мы… Они нас не заберут! Нужно только следить за письмами, чтобы не пропустить новое уведомление, и тогда я сама организую уборку, и мы будем мыть и прибирать дом по очереди, а ещё от Смиттерса и Иззи остались учебные планы, и мы можем… Они нас не заберут! – сказала девочка в последний раз, но это звучало так, словно Сэйди пыталась убедить саму себя.

– Конечно нет, – Габриэль вымученно улыбнулся. – А теперь ешьте, – добавил он, и все продолжили ужинать – кроме Колина, который принялся сортировать письма, раскладывая по стопкам.

– Предлагают кредитную карту. Может, ты хочешь…

– Колин, – зарычал Габриэль.

– Ладно, это мы выбросим, – сказал мальчик, пряча листок в одну из стопок, и продолжил разбирать бумаги.

– Счета. Счета. О, – Колин поднёс к носу розовый конверт и втянул воздух. – Духи. У кого-то здесь есть поклонница.

Габриэль просто пожал плечами и сказал:

– Порви.

– Счета, – продолжил Колин. – Научный еженедельник, – он протянул журнал Сэйди. – Счета… – тут мальчик замолчал и долгое время ничего не говорил. Только смотрел на большой конверт в руках. Даже через стол Эйприл видела, что это не рекламный буклет. И точно не счёт. Конверт выглядел дорогим и роскошным, из материала, больше похожего на ткань, чем на бумагу. Но именно адрес отправителя заставил всех за столом притихнуть.

«ФОНД ВИНТЕРБОРНОВ».

– Так, что у нас тут? – сказал Колин, вскрывая конверт и доставая карточку из плотной бумаги. В глаза Эйприл сразу бросились слова «торжественный» и «благотворительный» и «музей». Девочка не хотела на них смотреть, потому что эти слова напоминали о том, как она оказалась в музее во время пожара. И что в нём, возможно, самую малость была виновата она. (Совсем чуть-чуть.)

Поэтому Эйприл не хотелось задерживать взгляд на этом кусочке бумаги. Но Габриэль поступил наоборот. Он смотрел на приглашение не отрываясь и поглаживал пальцем обратную сторону листка так, словно тот содержал в себе тайны вселенной.

– Знаешь, это просто бумага. Ничего страшного, если… – Эйприл осеклась, увидев имя на приглашении: Изабелла Нельсон.

И тогда Габриэль встал.

И ушёл.

Эйприл помогла Тиму и Вайолет убрать со стола. Потом, пока Колин мыл, а Сэйди вытирала посуду, Эйприл её складывала. Но большую часть времени она просто стояла, скучая по Смиттерсу. И по Иззи. Потому что Смиттерс смог бы подобрать нужные слова, чтобы успокоить Габриэля. А Иззи просто дала бы ему подзатыльник и велела выбросить из головы всё, что его беспокоит. И Габриэль именно так бы и сделал.

– Как насчёт ночи кино? – спросила Сэйди, сверкая глазами, как только дети убрали в шкаф последнюю посуду. – Попкорн тоже кончился, но мы всё равно можем что-нибудь посмотреть. Лично у меня настроение пересмотреть мультики от Pixar.

Дети направились в домашний кинотеатр, но Эйприл, дойдя до двери, осталась стоять в коридоре.

Тим оглянулся на неё.

– Ты с нами?

– Нет. Может быть. То есть… я кое-что забыла.

Мальчик не стал спрашивать что. Он просто кивнул и сказал:

– Ладно. Скажешь нам, когда его найдёшь.

Но Эйприл Габриэля не нашла.

Его не было в той комнате, которую Смиттерс называл гостиной (и в которой, по мнению Эйприл, были самые неудобные кресла во всём доме).

Его не было в комнате, где он спал или должен был спать, но в которую ни разу не зашёл, потому что спальня принадлежала его маме и папе.

Габриэля не было в библиотеке. И в прачечной. И в оранжерее, за которой ухаживал Смиттерс, стараясь сохранять растения зелёными даже посреди зимы, хотя ничего съедобного там не росло.