Когда мы доходим до устья, я крепче сжимаю руку Челси и во весь дух несусь к озеру, втаскивая ее за собой в воду. Воздух еще не остыл от дневного жара, и вода обволакивает нас мягкой свежестью. Ноги, бедра, животы… Еще пара шагов – и мы стоим в воде по шею. Челси ныряет с головой.

– Дальше не иди, – предупреждаю я, когда она снова появляется над поверхностью. – Тут рядом обрыв. Ты же не хочешь зайти слишком глубоко.

– Может, я больше не хочу быть в безопасности, – отвечает она, глядя мне прямо в глаза.

– Иди сюда, – говорю я. – Надо же выполнять обещания. А я точно знаю, какую мокрую рыбу я хочу поцеловать.

Тупая шутка, но Челси все равно хихикает и подплывает ко мне. Она обвивает мне талию ногами и обнимает меня за шею. Наши рты соприкасаются; с ее волос на наши лица стекает вода. Я забираюсь пальцами ей под мокрую футболку и чувствую прохладное прикосновение кожи. Поцелуй становится глубже, чем Озеро в лесу. Без ведома мозга, мои руки поднимают край ее футболки. Челси дрожит, когда я снимаю ей футболку через голову. Она помогает мне, и прохладная вода оставляет дорожку из гусиной кожи у нее на груди. До чего же мне хочется пройти по этой дорожке губами.

Она стягивает лифчик; футболка качается на воде, а я жадно пожираю глазами линии ее обнаженной груди. Мы снова целуемся, и я глажу ее, нежно сжимаю пальцами соски, вытягивая из нее сладкий стон. Ее голос дрожит у меня на губах.

Не знаю, насколько это все непривычно для Челси – как далеко она заходила раньше, – но я уже так давно не делал ничего подобного, что будто бы начинаю сна чала.

Я слегка отстраняюсь. Запустив руки в воду, я тяну ее за пояс шорт. От воды ткань кажется жесткой, но у меня получается расстегнуть верхнюю пуговицу и справиться с молнией. Я хочу касаться ее, касаться везде.

– Клинт! – зовет чей-то голос сквозь наползающую темноту. – Я заметил твой грузовик на берегу. Клинт!

Челси, разбрызгивая вокруг воду, лихорадочно ищет лифчик и футболку. Они успели завязаться узлом. Челси прячется у меня за спиной, пытаясь натянуть одежду обратно.

– Хм… Ну это… привет, Джордж, – обращаюсь я к дюжей фигуре на берегу. Узнал его по голосу. – Собираешься порыбачить перед сном?

– А то, – отвечает старый папин приятель. – Ты тоже?

– Да нет, просто решил остудиться. Последние пару дней на лодке было как-то очень жарко.

– Да уж, солнце жарит вовсю.

– Угу. Прости, что зашел на твою территорию – просто хотелось убежать подальше от туристов. Надоедают за день, – вру я. Общество одной туристки мне совсем не надоедает.

– Да не извиняйся. Ты же знаешь, что я в любое время тебе рад…

Джордж продолжает болтать, а я поворачиваю голову и шепчу:

– Ты оделась?

– Да-а, – шепотом отвечает Челси.

– Пойду-ка я домой, а то устал уже. А тебе порыбачить хорошо. – Я медленно шагаю из воды, и Челси следует прямо за мной.

Промокшие насквозь, мы бежим к грузовику; Челси скрестила на груди руки.

– Пока, Джордж, – машу я через плечо.

– Э-э… ага, да, вам с твоей… это… подружкой необязательно убегать.

Он шокирован. Он в таком шоке, словно его ударило молнией. Шокирован, увидев за моей спиной девичий силуэт. Клинт Морган… Не так потерян для женского общества, как нам казалось.

– Поймай и за меня одну, договорились? – кричу я. Мы спешим вдоль ручья.

– Ладненько. Ага. Пока, – говорит он.

Мы прыгаем в машину. Двигатель кашляет, а Челси бормочет «черт, черт, черт».

Но я начинаю безудержно хохотать и никак не могу остановиться.

– Клинт! – вопит она. – А что, если он расскажет?! Моим родителям или еще кому.

– Он тебя не узнал. Поверь мне. Уже темнеет. Ты-то его лицо разглядела?

Она затихает. Видимо, согласна со мной.

– Но все равно не смешно, – одергивает она меня. – Перестань!

Ее крик напоминает мне, что я все еще смеюсь.

Но смех все равно рвется из меня наружу.

– Необязательно быть такой серьезной, – напоминаю я ей, схватив ее руку и целуя костяшки пальцев.

Грузовик неторопливо направляется обратно к курорту, а я думаю о том, что ни разу в жизни не чувствовал такой легкости.

Даже в компании девочки с черными косами.

Челси

Потеря мяча

Миннесота похожа на стихи. У нее черные волосы. Миннесота – это летний поцелуй под звездами, это пощипывание солнечного ожога, это боль от конфеты, застрявшей в плохом зубе. Миннесота – это утро на озере, день под деревьями, поцелуи украдкой, запах мужской шеи, жесткая мозоль его руки под моими губами. Миннесота – это небо, полное звезд, это берег озера, это прогулки все дальше и дальше от берега.