Читаем Двадцатые полностью

Уже после смерти Екатерины Великой, в 1796 году император Павел Первый устроил перезахоронение праха своего папы. Вот фрагмент изображения погребальной процессии.

Царский жезл-скипетр и Большую императорскую корону по приказанию Павла I несут три старика - граф А. Орлов, князь Ф. С. Барятинский и П. Б. Пассек.

Оставшиеся к тому времени в живых участники убийства императора.

За свою долгую жизнь Алехан Орлов вообще очень много успел сделать – разбил турок в Чесменском сражении, покровительствовал Ломоносову, вывел породу орловских рысаков, поймал княжну Тараканову, ввел моду на цыганское пение и сформировал албанское войско.

Но со зданием сделать ничего не успел – владением Орловых особняк на Калужской пробыл всего четыре года. В 1807 году переживший двух царей и двух цариц граф скончался. Его дочь продала дом старому другу отца, такому же страстному лошаднику и конезаводчику Дмитрию Марковичу Полторацкому.

Под именем «особняка Полторацких» оно и осталось в истории.

Один родовитый современник писал о Полторацких так: «Недавно вышедшее из купцов семейство, в котором все братья и сестры отличались необыкновенною предприимчивостью». И это сущая правда. Отец Дмитрия Марковича, казак Марк Полторацкий, заведовал при Екатерине Великой придворной певческой капеллой. За что и был возведен в дворянское достоинство. Поэтому на гербе Полторацких и изображена арфа.

А Дмитрий Маркович, купивший особняк на Калужской, отцовского таланта к музыке не унаследовал, зато оказался хорошим хозяйственником.

Купил село Авчурино, завез туда из Англии агрономов, машины, племенных коров и лошадей. Устроил там образцовое хозяйство и богател год от года. Баснописец Крылов даже написал о нем басню «Огородник и философ». Дела шли настолько хорошо, что в Авчурино дважды наезжали любопытствующие императоры – сначала Александр I, а потом и Александр II.

Усадьба Авчурино, современное состояние. Фото Дмитрия Казакова

При наполеоновском нашествии страшный пожар в Москве пощадил городской особняк Полторацкого, и здание на Калужской не пострадало. Хорошее состояние здания и богатство хозяина стали причиной того, что именно в стенах будущей Горной академии в 1814 году гуляла вся Москва на торжественном балу, организованном по случаю сокрушения Наполеона и взятия Парижа. Феерия, кстати, называлась «Росс в венцах в Париж взлетел».

Помещик-огородник умер в 1818 году, а его сын, Сергей Дмитриевич, был уже совсем другим человеком. Интеллигент в третьем поколении, он собрал огромную библиотеку, стал известным библиографом и дружил с поэтами.

Стоит ли удивляться, что хозяйство Полторацких пришло в упадок? Зато при Полторацком-младшем в этот дом зачастил Александр «Наше всё» Пушкин, который частенько перекидывался с хозяином в картишки за ломберным столиком. Играл библиофил плохо, и Пушкин однажды горделиво написал в письме: «Деньги же эти — трудовые, в поте лица моего выпонтированные у нашего друга Полторацкого».

В итоге Сергей Дмитриевич доигрался до того, что особняк на Калужской пришлось продать Московскому купеческому обществу за сто тысяч рублей. Трудовое купечество устроило здесь училище для бедных детей из мещанского сословия. Его так и назвали, без затей – Мещанское училище. Точнее – Мещанские училища, потому что их было два, мужское и женское. Учреждения были благотворительными, помогать им считалось хорошим тоном, поэтому здание на Ленинском, 6 посещали все русские императоры, начиная с Николая Первого.

Вот как это здание, а точнее – комплекс зданий – выглядел в 1884 году с другой стороны Ленинского проспекта, извините, Большой Калужской.

Сейчас, как я уже говорил, от внутреннего обустройства Мещанских училищ мало что осталось, хотя иногда присутствует некая преемственность.

Например, на месте домового храма Александра Невского

ныне находится храм науки – обновленный Геологический музей имени В.В. Ершова.

Фото Сергея Гнускова

Но в целом, как я уже сказал, Мещанские училища не оставили особого следа в российской истории. Разве что – в истории вездесущей русской литературы.

Дело в том, что у Мещанских училищ была огромная территория – все многочисленные корпуса НИТУ «МИСиС» с прилегающей территорией плюс немалая часть Парка Горького. Допущенные на территорию очень любили проводить там время.

Зимой это выглядело примерно так (сейчас на этом месте проезд между НИТУ «МИСиС» и Парком Горького).

А летом…

На территории Мещанских училищ был целый комплекс прудов, от которого ныне остался один-единственный Пионерский пруд в Парке Горького. Да, да, тот самый, который так лихо простебали в моем любимом мультфильме «Шпионские страсти».