Рувим Фраерман

Два рыбака

По мотивам китайских народных сказок

Эти сказки написаны по мотивам народных сказок Китая и Тибета, но сюжет их свободный.

Я пользовался разными источниками — как литературными, так и устными рассказами, которые довелось мне самому слышать и записать на Дальнем Востоке со слов китайских рыбаков, охотников и приискателей.

Сказки живут, как птицы. Только в родной стране вьют они свои гнезда, хотя и улетают часто в другие страны зимовать. Поэтому следы китайских сказок мы встречаем у многих народов, живущих по соседству с Китаем: у монголов, японцев, тибетцев, даже у киргизов и индусов.

И все же сказку, рожденную в Китае, нетрудно отличить от других, так как каждый народ собственными средствами выражает свою поэзию и мудрость.

Работая над этими сказками, я обращал внимание именно на те особенности, которые присущи китайскому творчеству, и в то же время старался познакомить нашего читателя хотя бы с некоторыми чертами быта китайского народа и складом его народной мудрости и поэзии, древнее которой не знает мир.

Желанный цветок

На берегу реки, бегущей с высоких гор Китая, жил со своим старым-престарым дедом бедный мальчик Лю.

Дед Лю был рыбаком, а отец, как многие соседи, возделывал поле. Но, как и у многих соседей, поле у него было такое маленькое, что даже в хороший год не могло прокормить троих.

Вся же другая земля, где мог родиться хлеб, принадлежала могущественному вельможе Цзян Ю-су, правившему этой областью по повелению императора.

Но Цзян Ю-су был не только правитель — он был еще маг, злой волшебник, умевший повелевать черными ветрами и причинявший народу много бед, так как насылал бури, отнимал у людей землю и не позволял сеять на ней ни просо, ни рис, ни другие хлебные злаки.

Люди очень боялись Цзян Ю-су, но не могли отыскать поблизости никого, кто бы победил его. Поэтому они уходили в горы, где, по преданию старых людей, в яшмовых, скрытых от взора пещерах жили могучие великаны, которые одни могли сразиться со злым волшебником.

И вот однажды, когда в стране случился голод и мать Лю умерла, отец, передав свою хижину старому деду, тоже собрался со всем бедным народом в горы и при этом сказал Лю:

— Оставайся, Лю, и береги деда. Старость должна жить в покое, чтобы люди не боялись стареть. Ты видишь, он уже не может закинуть свою сеть в реку, чтобы вытащить хоть несколько рыбок и сварить из них похлебку. А я вернусь, как только мы найдем в горах великанов, которые сразятся со злым волшебником.

И Лю остался, как ни страшно было оставаться жить под боком у такого правителя. А вид у правителя был в самом деле страшный. Во рту у него торчали два острых железных зуба, и на толстом животе висели черный веер и золотой меч, подаренный ему самим императором. И жил он в своем саду, окруженном крепкой стеной и большой стражей, в неприступном дворце, выстроенном на скале посреди озера.

Конечно, рассказывает сказка, лучше было бы мальчику Лю не жить рядом со злым колдуном. Но делать было нечего. Ведь всякий знает, что хоть небо и земля обширны, а для бедного на них всегда мало места. Знал это и Лю. Поэтому как только он перевез отца через реку в горы, то сейчас же вернулся в свою старую, покосившуюся хижину, сложенную из глины и тростника под самой стеной, окружавшей сад правителя.

Он только взобрался на старое дерево с разлатой вершиной, росшее вблизи его хижины, и приладил меж ветвей колесо от телеги, чтобы аист мог там свить гнездо и охранял его жилище от злых чар колдуна.

А после этого Лю стал трудиться что есть силы, дожидаясь возвращения отца.

Каждый день, едва лишь аист просыпался в своем гнезде и первые тени еще косо ложились на траву, Лю весело принимался за работу и трудился до самого вечера, то выпалывая сорную траву, то взрыхляя мотыгой землю, то убирая с поля камни, которых там было много.

И вскоре всходы на поле отца зазеленели и поднялись.

Однажды, работая в поле, Лю, как всегда, пел веселую песенку:

А в это время, гуляя по своему саду, проходил под стеной сам правитель со своей стражей. Услышав эту песенку, он пришел в такой сильный гнев, что глаза его загорелись страшным огнем. Он выхватил меч из-за пояса и грозно обратился к страже:

— Кто смеет петь про меня такие слова?

— Это дерзкий мальчик Лю, — ответила стража. — Прикажи нам, повелитель, — мы убьем его! Он не будет больше петь на своем поле.