Читаем Душа Пустоты полностью

Анна охотно закивала. Кай же лишь взгляд отвёл.

— Тогда, с тобой мы встретимся утром, — указал он на Нэри младшего, потом посмотрел на чародейку. — Ты на пару дней освобождаешься от занятий. Отдохни. Если голова не пройдёт, навести лекаря или мастера Андару. На этом всё. Добрых снов, дети.

5

Молча, уставшие и разбитые, они спустились в главный зал и вышли в столовую. Кай даже не заметил, как оказался на кухне за поварским столом. Сидел рядом со своей кураторшей и жевал отломанные куски большого каравая, запивая по очереди молоком из глиняного кувшина.

Опомнившись и уставившись на обкусанный ломоть, Кай проглотил уже пережёванную пищу. Он же не может есть! Ему нельзя есть! Хлеб выпал из побелевших пальцев. В памяти прочно отпечатался тот мерзкий вкус и запах, с которыми выходила из его рта чёрная смолянистая субстанция. Нечто инородное. Нечеловеческое. Напоминающее густой трупный яд, который выделяется из гниющей плоти.

Он посмотрел на Анну.

«Тебе не стоит на это смотреть…» — Кай положил недоеденный кусок хлеба обратно на разделочную доску.

Черная слизь не дает ему есть. Голода для него не существует. С момента отбытия из дома и «поступления» в Академию, он не ел ни разу. Просто сидел рядом с кураторами, пока те уплетали местные кулинарные изыски, а к своей порции даже не притрагивался. Анна с Карвером это замечали, но виду не подавали.

Как писал Шернелл: «…Многим перевертышам, в особенности тем, что живут в социуме, бывает затруднительно осознавать, понимать и принимать те отличия, которыми они наделены в сравнении с остальными людьми. Подобно тому, как некоторым калекам неприятно, когда окружающие обращают слишком много внимания на их врождённый или же приобретённый недостаток…».

В этот раз всё было иначе. Заметив, что Кай отложил свой кусок, Анна тоже опустила свой. Она вспомнила о тех отличиях. За время, что ей довелось сопровождать Кая, она совсем позабыла о том, почему ей вообще пришлось это делать. Указ Андары вылился в будничную рутину, а там и привычка образовалась. А когда есть привычка, не особо задумываешься о том, как и почему. И, в конце концов, когда появилось то чудище, она потеряла сознание и не видела разрешения конфликта. Не видела той самой причины, из которой вытек указ старшего мастера. Сейчас же вдруг очнулась.

— Ты… — произнесла это она так, словно ей было трудно говорить, — превращался?

Кай, собиравшийся уже встать и уйти, посмотрел на неё. Его пустой взор сполз на догорающие угли в кухонной печи. Он утвердительно и как бы виновато покачал головой.

— Сражался с тем… зверем?

— Да, вроде бы. Помню только, как меня вытащил Ориан. Демона уже не было. Была только какая-то дыра… ну, такая бездонная пропасть. На том месте, где раньше стоял фонтан.

Анна молчала, глядя перед собой. О чём-то думала. Возможно, сопоставляла в голове события. А потом вдруг воскликнула:

— А Карвер?!

О юном лорде Самоцветного Перевала все как-то и позабыли.

— Не помню, что с ним стало. Может, укрылся где-нибудь. Я-то, после того как оттолкнул тебя, погиб в когтях демона.

— Поищу его! — студентка выбралась из-за стола.

«Я помогу!» — хотел было сказать Кай, следуя за ней, как вдруг ощутил рвотный позыв, подступивший к горлу.

— Я, пожалуй, — проговорил он, словно оправдывался, — пойду к себе.

Анна понимающе кивнула.

— Спокойной ночи, Кай, — с сочувствием пожелала она и покинула кухню.

Нэри младший выждал немного времени, затем тоже вышел в столовую. Миновал длинные ряды столов и оказался в центральном зале. Даже несмотря на то, что оставшиеся в Академии преподаватели разогнали многих студентов по комнатам, в залах и коридорах всё ещё было не продохнуть от сгрудишхися и кучкующихся учеников. Преимущественно со старших курсов.

Прикрывая рот ладонью, Кай прокладывал себе путь к ближайшей винтовой лестнице. Перед ним мелькали лица. Лица испуганные, в слезах. Лица решительные. Лица недоумевающие. Их голоса сливались в монотонный гул. Цветные мантии мельтешили в полумраке слабо освещённого зала. Шуршала ткань. Шелестели страницы книг. По мраморному полу стучали ботинки.

Вся эта сутолока мешалась с выдуманными образами Недр, где грешные души, сплетённые в единую бесконечную субстанцию ужаса, боли и агонии, варились и плавились в первородном огне низменных основ мироздания. Каю казалось, что сейчас содержимое его живота выглядело примерно так же.

Он старался держаться. Так и видел, как, согнувшись, выпускает всё прямо здесь. Шум и суета вдруг замирают. Все студенты смотрят на него и на то, чем он украсил мрамор пола. От этой неестественной картины, да подкреплённой запахом и недавним нападением демонического создания, поднимается паника. Плачь, крики. Не позволь Боги, кого-то затопчут.

Довольно. Монстр причинил уже достаточно бед.

Затворив за собой дверь, Нэри обвёл обречённым взглядом развороченное убранство своей комнаты. Стул перевёрнут. Стол сдвинут в угол, на его краях и поверхности видны сколы, будто он пережил камнепад. От окна осталась лишь медная рама с торчащими из неё, словно зубы, осколками цветного стекла. А за ними…