Читаем Дурные дороги полностью

– Вы жрете мясо и кормите корпорации, которые потом убивают животных и загрязняют планету. И кто из нас больший чудак?

– Это ― мясо? ― Юрец с сомнением посмотрел на сосиску. ― Да в грязном носке моей бабули и то наберется больше мяса, чем здесь!

Спор между Аней и Юрцом еще долго не прекращался. Отставив пустые тарелки, мы растянулись на траве. Вдыхали соленый воздух, наполненный запахами можжевельника и йода, любовались малиновым закатом, краем уха слушали перебранку друзей.

Ночью я проснулась от шума ― кто-то прохаживался по вещам снаружи. Выглянув из палатки, я увидела… жирного барсука, который засунул морду в котелок. Барсук испугался меня и быстро убежал обратно в лес. Но покушения на наш лагерь не закончились. Утром я заметила среди вещей двух ежей.

Новый день мы провели среди дикой природы: гуляли по скалам, по лагунам, вдоль горных рек. Поднявшись на гору, увидели перед собой обрыв и бриллиантовое сияние водопада, а внизу ― бухту с прозрачной водой. Игорь с Никой сразу побежали туда.

– Хей, я прыгаю! ― закричал им Юрец сверху и обратился к остальным: ― Ну что? Вы со мной? Или испугались, девочки?

Что? Прыгать?

– Нет! Я точно не пгыгну! ― испуганно сказал Тошка.

– Что, ребенок намочил штанишки?

– Это безумие ― пгыгать отсюда. А вдгуг внизу валуны? Мы газобьемся!

– Так в этом как раз все веселье! Разобьешься или выживешь? Эта мысль жутко щекочет нервишки! Зато сколько эмоций потом, когда почувствуешь, как сердечко бьется… ― Юрец все не отставал от Тошки. ― Жизнь вообще ― долбаная русская рулетка. Каждый день ты крутишь барабан и не знаешь, наступит ли для тебя завтра. Что, хочешь прожить унылую жизнь? А вдруг ты завтра подохнешь и так и не узнаешь, каково это ― получать от жизни максимум? Спускайся, сыкунишка. А большие дяди и тети прыгнут вниз!

– Вода ледяная! ― закричал нам Игорь. ― Самоубийцы!

Ден прыгнул первым, скорее даже упал, как безмолвный кусок скалы. За ним с визгом сиганула Аня. Мы втроем смотрели на расползающиеся по глади круги.

– Давайте, детишки. За папочкой! ― весело сказал Юрец и с криком «и-и-хааа!» прыгнул с обрыва.

– Давай, Тошк, ― подбодрила я друга. ― Сделаем это вместе.

Он тяжело вздохнул.

– На счет три, ― сказала я. ― Раз, два…

– Три!

Мы прыгнули. В полете мое сердце чуть не разорвалось от страха. Я разрезала воду, и тело будто пронзили миллионы иголок.

И почему все безумства я совершаю, только когда чувствую, что Тошка рядом?

* * *

Припарковавшись у магазина в Сочи, мы вышли из автобуса и вытряхнули карманы. Настроение у всех было нерадужное. На асфальте перед нами в маленькой кучке валялось несколько смятых десяток, куча мелочи, пара полтинников. И все.

– Блин, че делать-то? ― спросил Игорь. ― Этого хватит либо на бензин, либо на жратву на один вечер.

Наши с Тошкой сбережения тоже испарились. Не осталось ничего.

– Что делать? На дело идти, ― нахмурилась Ника.

При слове «дело» Тошка посмотрел на меня и закатил глаза.

– Так это вечером, а жрать хочется сейчас, ― грустно сказал Юрец.

– Есть идея! ― Тошка посмотрел на меня. ― Кукугуза!

Да он гений!

– Точно, ― сказала я. ― Тут наверняка есть кукурузные поля. Мы с Тошкой собирали кукурузу, варили и торговали на пляже. В день больше тысячи получали.

– Неплохо, ― сказал Ден. ― Можно попробовать.

– Ну что, погнали искать ваше поле? ― Игорь кивнул на автобус.

Но удача отвернулась от нас. Мы нашли пять полей, и все подчистую были убраны.

– Вот чегт! Пгошлись до нас. Ничего нет! ― огорченно сказал Тошка, когда мы стояли на последнем поле и смотрели на порубленные стебли.

– Ну, значит, сегодня идем на дело, ― сказала Ника. Ее голос звучал напряженно.

– И что это за дело? ― спросила я.

Что у них за загадочные дела такие, о которых они никак не могут рассказать?

Все посмотрели на нас с Тошкой ― неуверенно, с явным сомнением.

– Ну что, расскажем им? ― Игорь вопросительно оглядел ребят.

Ника пожала плечами.

– Рано или поздно они должны узнать. Какая разница, не сегодня, так завтра. Я не против.

– Лучше не рассказать, а показать, ― сказал Юрец. ― Готовы узнать, как именно мы зарабатываем деньги? Вдруг вам это не понравится?

– Тоггуете наркотой? Убиваете людей? ― хмыкнул Тошка.

– Нет, но тоже незаконно.

– Мне плевать на мораль, ― сказала я. ― Лишь бы ложиться спать не на пустой желудок…

Тошка холодно посмотрел на меня. Ему-то не было плевать… Но он промолчал.

Я думала, Тошка дождется, когда мы останемся одни, и снова заговорит о том, что пора сваливать. Такой случай представился, когда мы приехали к пляжу и каждый занялся своими делами. Лагерь не разбивали, так как планировали уехать после «дела». Мы с Тошкой ушли к воде бросать камешки; остальные остались у автобуса. Нас никто не услышал бы. Но он ничего не сказал. Думаю, Тошка сам уже начал привыкать к ребятам. И его, как и меня, снедало любопытство ― что же они задумали?