Читаем Дурнишкес полностью

Из-за такой партийной деятельности широкая политическая ниша постепенно стала сужаться, пока не превратилась в узкую щель, через которую в Сейм едва протиснулся сам председатель партии и ещё несколько депутатов. Казалось бы, это самый серьёзный сигнал, чтобы повернуться лицом к народу, но Паулаускас это сделать не сумел и, не выполнив ни одного обещания, данного избирателям, выбрал для своей партии не борьбу за их голоса, а дорожку ландсбургистских интриг, называемую теневым методом устранения оппонентов. Из-за такого выбора шишки достаются и его сторонникам, и его противникам, поскольку в темноте попадать в нужных деятелей он не умеет.

Для такой деятельности нужно быть миллионером или обладать яркой, привлекающей людей харизмой, а не выпрашивать деньги у кого попало. Деньги не пахнут, но зато очень громко говорят. Это и продемонстрировало голосование в Сейме "по совести"[97] , теперь можно, подобно Ландсбургасу, защищать свою честь в судах. После такой нахлобучки ему предоставлялась единственная возможность, чтобы сохранить себя в активной политике, - оставаться лидером своей партии, работать в Сейме и ни в коем случае не выходить из правящей коалиции. Это позволило бы ему сохранить своих влиятельных людей в Сейме и правительстве и каким-то образом излечить свою прогнившую партию, а он, как малое дитя, собрал свои игрушки и ушёл играть в другой двор. А того, другого двора уже нет из-за его собственных усилий, там стоит многоквартирный дом "Рубиконаса", в котором для него апартаменты не предусмотрены...

А вот бежать к своим прежним противникам и объявлять себя оппозицией своим бывшим союзникам - более чем низко. А после этого ещё и оправдываться жалкими речами, дескать, он в Сейме является одним из государственников, - это уже психологический фактор. Для настоящего политика это крах.

Мне в какой-то мере жаль этого человека. Нас связывала продолжительная совместная работа, связывали общие идеи, дела, за что он называл меня отцом. Однако в последний период между нами как будто возник поток огненной лавы или опрокинулось несколько деревянных заборов. Как говаривали в иных семьях: ребёнок вдруг так испортился, что уже некуда ремнём приласкать -сплошные болячки на заднице. Правильно пишет Р.Паксас: должен был пасть Бразаускас, а пал Паулаускас, который, как камикадзе, вырвался впереди своего партнёра, а тот хладнокровно и внятно признал все его заслуги:

- Из-за одного человека ничто не может распасться...

И правда, в Сейме не разбилась ни одна тарелка. Словом, выпил свои сто граммов рисовой “саке” и -“банзай!” за императора в огонь, а если сам чувствуешь себя императором, то какого чёрта тебе записываться в смертники? Теперь борись за мир. Ведь глупо ложиться грудью на амбразуру, когда за ней нет ничего, кроме тобой же созданного чучела президента.

В политике оставаться без друзей может только самоубийца или диктатор. Паулаускасу это следовало понять ещё тогда, когда он по замыслу М.Лауринкуса, отмывая шкуру этого негодяя, свергал Р.Паксаса. Этот воз был не по его силам. Да, воз опрокинулся, но люди его подняли и уложили сено на место. Будучи в своё время адвокатом Ю. Борисова, Артурас прекрасно знал об отношениях этого предпринимателя с Роландасом Паксасом. Он даже ими пользовался и брал деньги не только за услуги адвоката. Но зависть и бесстыдство возобладали над трезвым рассудком. Я говорю это, всё ещё желая называть его сыном. Паулаускас даже распустил слух, будто в отместку Паксасу за невыполнение обещаний Ю.Борисов перешёл на его сторону. У подлинного государственника может быть только одна сторона - Литва. А что для её народа может значить какой-то базарчик Андрюкайтиса или сабантуй Паулаускаса? Абсолютно ничего. Это политический мыльный пузырь, свалившийся забор, но только не нормальная политика. Люди выбирают депутатов для поправки собственных дел.

При разговоре с Борисовым я спросил, как там с этими двумя сторонами. Он, не задумываясь, ответил:

- Как я мог бы перейти на сторону Паулаускаса, если он - непорядочный человек?

Это - правда, но ведь непорядочность не бывает врождённой, она, как аппетит, проявляется при паразитировании на чужих трудах и заслугах. Работавший адвокатом Борисова и защитивший за плату его дела Паулаускас, став председателем Сейма, мог бы и бесплатно молвить своё веское слово и сказать, что дело о вертолётах представляет собой пузырь, надутый ребятами Адамкуса, но ему был нужен труп Паксаса. Зачем? Для каких целей? Чтобы через пару месяцев протолкнуть новый закон, согласно которому Сейм мог бы дать ему пост президента без выражения воли народа путём плебисцита. Предвидя такую подводную скалу, друзья и враги шептали: потерпи, пока у телёнка рога вырастут. Однако не терпелось, во время охоты на Паксаса Паулаускас ещё пытался использовать Борисова, как наилучшую приманку. А это уже подло, за такие штучки архангельские охотники руки выкручивают, поэтому и главный “спонсор” Паулаускаса резко отошёл в сторону.