Читаем Дури еще хватает полностью

Когда Хью ушел, отправился в Гр, играл. Вы в жизни своей не видели столько кокса. Я и вообразить не могу, как удается Гриффу устоять перед ним. Там были и XY, белый порошок просто тек рекой. В покер играл хорошо и, несмотря на очень, временами, дурной расклад, сумел использовать то мелкое везение, какое мне выпадало. В конце концов обилие К и красного вина стали сказываться на мне (но ни на ком другом), и ближе к концу вечера я (срамотища) блеванул в выходящее на Дин-стрит окно. Лиам, взглянув в него, сообщил, что внизу никого нет – ни полисмена, ни какой-либо иной неудачливой жертвы моей харкотины. Это напоминает мне время, когда я и ‹подставьте сюда имя великой рок-звезды, великого актера, великого продюсера› засели в подсобке круглосуточного кафе на Кингли-стрит и решили устроить соревнование на Самую Длинную Дорожку. Нарубили себе по одной, моя оказалась длиннее. Однако фокус был в том, чтобы втянуть ее в себя за один раз. Сильно ухудшенный вариант выпивки залпом. Я таки и втянул ее носом, как пылесос, – она была футов в семь длиной, но тонкая, – а когда добрался до конца стола, рот мой сам собой открылся и изверг галлоны чистой, ярко-красной рвоты.

Так вот, сегодня получилось еще хуже. Все были со мной очень милы, но какое унижение! Непонятным образом все же сумел добраться до дома.

Пятница, 8 октября 1993

Этот день оказался поспокойнее. Хью пришел поздно, мы немного поработали. Я написал пугающе двусмысленный скетч[117], после чего Хью ушел. Поиграл с новым «Ньютоном», посмотрел несколько видео и лег спать.

Суббота, 9 октября 1993

Купил несколько французских видео, чтобы поискать актеров для фильма «Анонимные холостяки», который меня просят поставить в следующем году. Семейство Лори пригласило меня на обед, и я заглянул к ним. Сегодняшнюю партию Найджел Шорт проиграл, впервые за последние несколько недель. Стыд и позор. Вернулся домой, немного выпил и описал пропущенные мной дни. Прошу прощения за краткость, одолевшую меня в последнее время.

Спи, дурачок.

Воскресенье, 10 октября 1993

Проснулся весьма и по-воскресному[118] поздно. Завтракал в «Плюще» с Джоном Рейдом, менеджером Элтона Джона, и Арлен Филлипс, хореографом. Некоторое время назад они попросили меня посмотреть, нельзя ли связать песни Элтона какой-нибудь историей, – имелась в виду вест-эндская постановка того, что в итоге получится. В феврале-марте этого года я написал либретто. Рейду и Арлен оно нравится, Джон только что вернулся из ЛА, где показал его Берни Топину, который пишет для Элтона тексты, – ему, как я подозреваю, либретто не понравилось СОВСЕМ. Обвинил его в переизбытке штампов – это правда, но в вест-эндском/бродвейском мюзикле иначе нельзя, а ранняя жизнь Элтона с ее трансгрессивным сексом, крайностями, наркотиками и рок-н-роллом как раз и была перегружена штампами. Джон и Арлен все-таки намереваются идти дальше, поэтому я позвоню завтра Сэму Мендесу – Джон хочет, чтобы мюзикл поставил он. Джон, который будет продюсером, встретится с Сэмом на следующей неделе, когда вернется из Гонконга. Джон – продюсер не только Элтона, но и Билли Конноли (и, если не считать последнего месяца с чем-то, Барри Хамфриса).

Ну-с, может, что-то получится, может, нет. В либретто много геевских штучек, что, по крайней мере, делает его не похожим на другие. Зато мало модного нынче и вульгарного, что Топину, естественно, и не понравилось. Топин считает себя сведущим парнем из Виллиджа 60‑х. Чем-то вроде клевого чувака, поэта поколения бита времен журнала «Невротика». Все еще пытается не замечать того факта, что он – деревенский парнишка из Линкольншира, доживший до средних лет и ставший миллионароидом[119].

Вернувшись домой, посмотрел ТВ и записал вот это. Французов все еще не видел и, что я думаю о пригодности французских актеров для «Анонимных холостяков», сказать не могу. Завтра снова появится Хью, будем писать материал для «Ф и Л».

Понедельник, 11 октября 1993

Немного припозднился с записью в дневнике. Будь я проклят, если помню случившееся за день. С утра и до послеполудня сочинительствовал с Хью, а что потом?..

Вторник, 12 октября 1993

Днем мы с Хью снова писали, потом заскочил в «Граучо», посмотреть, не найдется ли там немного кокса, который я мог бы переварить, прежде чем отправиться в «Л’Эскарго» обедать с Пниной, женой моего троюродного брата, и Лиорой, ее дочерью. В сущности, они неплохи, могли быть намного хуже. Сгорают от желания узнать, что думает весь прочий мир о перемирии между Израилем и ООП. «Л’Эскарго» лишь недавно открылся заново, теперешний его хозяин Джонни Лахед ужасно обрадовался, увидев меня, выставил мне коньяк и так далее. Хороший вечер. Домой вернулся почти трезвым.

Среда, 13 октября 1993