Читаем Духовка полностью

— Да. Классовое общество строится по уровню потребления. На рынке оно возникает. Если у нас классовой упорядоченности нет, значит, нужна другая упорядоченность. Вот сейчас у нас устанавливается другая упорядоченность — не классовая, а сословная.

— Вы считаете, что она насаждается сверху?

— Пока — да.

— Неужели нет других способов?

— Есть, но не способы установления, а способы самоорганизации. Например, на уровне муниципалитетов, когда начальники примерно одного ранга собираются в некий аналог гражданского общества. Здесь уже ранги не важны, здесь уже формируются институты принятия решений.

— Которые подменяют официальные институты?

— Они существуют в разных пространствах. Знаете ленту Мебиуса? Одна сторона — это «реальность», а другая — «на самом деле». В «реальности» есть ранги, но в бане «на самом деле» они все равны и живут «по понятиям».

— В бане все равны, но кого в эту баню пускают — тоже вопрос.

— Вот это и есть фильтр, который отсекает не членов данного слоя отечественного гражданского общества, оставляя тех, кого пускают именно в эту баню и именно в это время.

— Вот известный пример — дом в Крылатском, который строили для Бориса Ельцина и его соратников. Там были квартиры Гайдара, Коржакова, Барсукова — и сатирика Задорнова. Стал ли Задорнов от этого членом того круга, который принимает решения?

— Судя по его поведению, стал. Его же слушают. И реагируют.

— Тогда что первично — то, что его слушают, или что он в этом доме живет?

— А неважно, что первично. Мы же вне времени рассматриваем это сейчас. Важно, как решения принимают, — это же не подпись бумаги какой-то. Решение всегда возникает. Его никто не вырабатывает. Есть иллюзия у обывателя, что кто-то сидит в каком-нибудь штабе и пишет решение. Такого не бывает. Сначала идет подспудное и даже бессловесное чаще всего обдумывание и обсуждение.

— Бессловесное, но коллективное? Как это происходит технологически?

— Ну, вот есть стены. В стенах решение рождается. Множество сиюминутных встреч, намеков, которые все понимают. А потом вдруг возникает решение, которое уже после этого оформляется. А когда оно оформлено на бумаге, тогда идет его согласование. Вырабатывается словесная формулировка. Но это уже формальность.

— Есть такая поговорка — мол, главный человек — это первый секретарь, а второй человек — это не второй секретарь, а водитель первого секретаря.

— У водителя вообще специальная роль. Начальство практически не общается с народом, так ведь? И водитель выступает естественным источником информации. Кроме водителя есть начальник охраны, есть кухарка, врач. Множество источников, которые реагируют. Для начальников это и есть народ.

— Рано или поздно этот «народ» мутирует и делается отдельным институтом при власти.

— Ну что — так всегда было. Водитель Ленина, как и какой-нибудь постельничий императора, был номенклатурным человеком.

— А интеллигенция, которая привлекается во власть? Соратники Андропова по ЦК — Бовин, Арбатов и прочие. Или нынешний президентский Совет по гражданскому обществу. Что происходит с интеллигенцией, когда она приближается к власти?

— Никто и никогда не привлекает интеллигенцию во власть. Были прецеденты — 1917 год, 1989 год, когда интеллигенция — казалось бы — приходила к власти. И известно, чем это кончалось.

Вначале важно понять, что такое, собственно, интеллигенция. С моей точки зрения, я много лет пытаюсь это обосновать, интеллигент — это человек, который получил хорошее образование, но занимается не своим делом.

Когда математик начинает про философию разговаривать, или историк про культуру. Вот это и есть пространство интеллигентности.

Интеллигенция никогда не была сословием, это прослойка, как о ней говорил Сталин на съезде Советов в 1936 году. Сталин имел в виду прослойку, которая координировала потоки ресурсов между сословиями рабочих и крестьян.

— Ресурсов какого рода?

— Любого. И материального, и духовного. Даже финансового.

— Финансового-то каким образом?

— А чем, по-вашему, занимался Сокольников (нарком финансов в начале тридцатых. — О. К.)?

— Ну, так и Кудрина можно назвать интеллигенцией.

— Кудрин — это власть. А интеллигенция... Понимаете, когда власть более или менее стабильна, интеллигенция всегда будет в оппозиции к ней. А когда власть становится нестабильной, то интеллигенция выступает мотором преобразований. Но весьма специфических.

На что направлена вся деятельность интеллигенции? На социальную справедливость. Что такое социальная справедливость? Это жесткое понятие. Нужно распределить ресурсы между сословиями в зависимости от значимости сословия и потом внутри сословия пропорционально статусу. Это будет социальная справедливость.

— Это абстрактная формула. Как она реализуется на практике?

— Это для вас она абстрактная, а для чиновников вполне конкретная. Ресурсы консолидируются в федеральном бюджете и потом распределяются по сословиям сообразно их значимости для государства. Вот вам пример — бюджетники.

— Бюджетники — это сословие?