Читаем Дух войны (СИ) полностью

— Нет, ты! — кулачки мальчишки помладше, на которого смотрела половина ватаги, сжались так, что аж костяшки побелели.

— Ты-ты-ты! — застрочил как из пулемета первый. — Ты самый бледный и самый вредный!

Ребятишки вокруг рассмеялись. Но тут вперед вышла смуглая девчушка, тоже лет восьми, строго сверкнула алыми глазищами и заявила:

— Ну и я тогда буду аместрийцем! Аместрийкой. Этой… — она смешно нахмурилась, задумавшись. — Алхимией.

Мальчишки дружно засмеялись.

— Дура! Девчонки даже у этих бледнорожих алхимиками не бывают!

— А вот и бывают, — тихо сказала девочка.

Смех стих. Дети переглянулись в недоумении.

— Так, никто не будет алхимиками, — постановил первый — он явно был у них за вожака. — Будете просто тупыми белохарими! А мы вас убьем!

С громким улюлюканьем дети побежали по улице за свежеиспеченными “врагами”.

— До чего докатились, — Алкасар печально посмотрел им вслед.

— Из них выйдут отличные воины, — примирительно ответил еще один ишварит, постарше и пониже.

— Ты только представь себе, — лицо Алаксара приобрело мечтательное выражение, — ведь мы могли родиться в другое время… Или в другом месте… Там, где не плачут женщины. Где дети… — он замялся, подбирая слова.

— Не хотят играть в убийц? — его собеседник прищурился. — Каждый из нас об этом думал, Алаксар. Но мы должны быть благодарны Ишваре за все испытания, которые он ниспослал на нас.

— Да, — кивнул Алаксар. — Разумеется.

— Рог Роу собирает всех в храме, надо поторопиться, — ишварит посмотрел в глаза Алаксару.

— У него есть какой-то план? — оживился тот.

— Это ведомо лишь Богу и проводнику воли его.

Алаксар согласно кивнул и погрузился в свои мысли. Ему не давал покоя вчерашний бой в округе Арнха. Аместрийская армия серьезно потеснила их на юго-восток, смяла линию их обороны, отрезала путь к отступлению сотням, а то и тысячам мирных жителей. Вчерашние бои превзошли в своей жестокости все, что было до. А виной тому были…

— …Государственные алхимики!

Алаксар вынырнул из своих размышлений, остановившись и посмотрев в сторону. Несколько ишваритов о чем-то оживленно спорили.

— Я вчера теми гранатами восьмерых их солдат подорвал! И алхимиков можно так же!

— Ага, ты подберись к ним сначала! Там один — вообще демон! Он только пальцами щелкнет…

— Это тот, кто сжег все?

— Ага, он самый…

“Вот она, брат, твоя хваленая алхимия”, — подумал Алаксар, нервно поведя плечами.

*

1903, Западный город.

— Фух, выбрались, — воровато оглянулся Лиам. — Интересно, что это такое?

Он раскрыл ладонь. На ней лежал, переливаясь всеми оттенками красного, небольшой кристалл.

— Готов поспорить, что это что-то жутко ценное, — подхватил Мусхин. — Не зря же оно лежало в сейфе под экспериментальной охраной.

Хеис не разделял энтузиазма остальных по поводу странного камня. Он вообще был против того, чтобы тащить что-то с аместрийской базы: как

знать, вдруг эта штука поможет военным выйти на их след? Но, когда встал вопрос о том, брать с собой диковину или нет, Хеис оказался единственным, кто был против.

— Рвем когти в Драхму, — подытожил он, решив не начинать заново бесплодный спор.

— А нас, конечно, примут там с распростертыми объятиями, в аместрийской-то форме, — проворчал Харун.

— Сначала надо добраться до границы, — оборвал его Хеис. — А там уже и одеждой разживемся.

Прогнозы Хеиса оправдались. Им удалось прорваться через аместийские поселения и пересечь границу, и даже без потерь. Их путь лежал в Аэруго, и, что самое главное, им удалось сохранить переливающийся всеми оттенками красного драгоценный кристалл.

*

Ишвар, 1908.

— Сучьи выродки! Ишварские недоноски! — голос Команча, срываясь на визг, раздавался над лагерем аместрийцев. — Как посмели, грязные ублюдки! Убью!!!

Стоявшие у полевой столовой военные обернулись, чтобы посмотреть на источник звука.

— Это, никак, старина Команч… — с легким удивлением отметил белобрысый фельдфебель, закуривая и оглядываясь на рядовых, аккуратно

несших носилки в сторону госпиталя.

— Неужто подстрелили?.. — неверяще переспросил один из солдат.

— Повезло тебе, Команч… Теперь домой вернешься, — с нескрываемой завистью протянул молодой капитан. — Ну ничего, раз ему хватает сил так орать — точно выживет.

Кто-то из солдат прыснул в кулак, кто-то отвел глаза.

— Он ведь из государственных алхимиков, — выдохнул облако горьковатого дыма фельдфебель. — Видал я вблизи, как они работают… — он задумчиво затянулся. — Словами такое не опишешь. Прямо как пулемет, который с пушкой скрестили!

— Я что говорил? — подбоченился один из самых молодых рядовых. — Не люди они! Люди-то так не могут!

— А зазеваешься, — мрачно добавил фельдфебель, — так и тебя прихватят.

— Жуть, — потряс головой капитан, поблескивая стеклами очков и глядя куда-то в сторону.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман