В этом ритме теряют смысл временные отрезки, направленные назад. И ты бы нисколько не удивился, если бы из теней долины вышли несколько низколобых почтилюдей и присели у твоего костра.

Сама архитектоника ландшафта вряд ли так уж сильно изменилась за последние два миллиона лет. Ламагрут, как и тогда, вздымает над плоскогорьем свой немой вулканический конус; те же заревые огни пылают вдоль его гребня. И, шагая по жесткой траве к Наибор-Соиту, ты ведь чувствовал, что идешь по следам других, направлявшихся в ту же сторону.

Олдувай. Ниже нашей стоянки открывается ущелье, где недавно, после долгой ночи в осадочных пластах, вновь встретили солнце Африки костные остатки гоминидов и раннего человека. Естественно здесь начинать паломничество в Долину.

Однако за ней вдали просматриваются приготовления, что зачинались под другими небесами. Дорога к Долине пролегала через Гондвану.

5

Гондвана — само название звучит словно поэма, будоражит фантазию. Гондвана — один из наших истоков.

С начала семидесятых годов продолжается исследовательская экспедиция, не менее захватывающая, чем океанские плавания, что некогда связали меж собой материки. Мы по-новому открываем Землю. Добываются новые знания, переосмысливаются старые. Возникает общая картина, придающая связность многому, что до сих пор представлялось случайным и неосновательным. Континенты, на которых мы толпимся, творя всемирную историю, рисуются нам уже не как твердые скалы, прочно коренящиеся в недрах земного шара. Теперь мы представляем себе внешнюю оболочку планеты как некоторое число плит, что дрейфуют, подобно плотам, на вязкой мантии, постоянно меняя место и форму. И подлинная история мира оборачивается историей дрейфующих литосферных плит.

Гипотеза о материках, составлявших единое целое, а затем оторвавшихся друг от друга, напросилась сама собой, как только люди обратили внимание на согласующиеся очертания атлантических побережий Америки и Европы-Африки. Сегодня мы с помощью сложных приборов находим доказательства и читаем подробности в письменах самой планеты, запечатленных в древнем вулканическом веществе и осадках на дне океанов.

Намагниченный вулканический материал, излияние которого происходило сотни миллионов лет назад, позволяет определить направление магнитного поля Земли в момент извержения. На разных континентах магнитные «окаменелости», принадлежащие определенным геологическим эпохам, указывают разные направления. И поскольку совершенно различные магнитные полюса не могли существовать одновременно, выходит, что материки занимали иное положение, нежели теперь.

Сравнительным материалом служит метеорная пыль^{4} — магнитные крупинки никеля, железа, кобальта и меди, непрерывно поступающие из космоса и вместе со снежинками и каплями дождя опускающиеся на Землю. Эта пыль медленно погружается через толщу океанов и копится в отложениях на дне, складываясь в узор направлением на магнитный полюс. На протяжении миллионов лет крупинки слой за слоем ложатся друг на друга. Изучая меняющееся направление этих космических компасных стрелок в различных слоях, можно проследить, как перемещались магнитные полюса и странствовали континенты. Сопоставляя эти данные из книг самой планеты и пропуская их через вычислительные машины, мы получаем картину Земли, какой она выглядела в далеком прошлом.

Двести миллионов лет назад, когда первые динозавры волочили свои бронированные туши по поверхности планеты, нынешние материки составляли один суперконтинент, который ученые-землеведы назвали Пангеа. Он протянул по планете два могучих рукава. Северный рукав — Лавразия — включал известные нам ныне Северную Америку, Европу и Азию. Южный рукав — Гондвана, простершийся вплоть до нынешней Антарктиды, состоял из нынешних Южной Америки, Австралии, Индии и Африки. Между этими двумя материковыми рукавами помещался древний океанический бассейн Тетис.

Затем началась ломка гигантского континента. В направлении север — юг открылась брешь, рифтовая долина. Это событие сопровождалось мощными вулканическими извержениями, материал которых и помогает нам датировать его. Медленно по человеческим понятиям о времени, но неуклонно по геологической временной шкале рифт заполнялся водой и, расширяясь, стал тем Атлантом, что отделил Африку от Южной Америки и Евразию от Северной Америки.