Читаем Древний Марс полностью

Чарлстон никогда не был большим городом, даже несмотря на то, что находился на слиянии двух каналов, но, если на то пошло, даже самые крупные города на Марсе были малы в сравнении с земными. Но Дэйву, уставшему от толп и суеты на Земле, Чарлстон показался замечательным. Вдоль единственной главной дороги выстроились по обеим сторонам обветшалые строения, совмещающие в себе магазины и бары, а жилые дома стояли на маленьких улочках лицом в противоположную от канала сторону. В северной части города находился лодочный причал, где было пришвартовано с дюжину барж и три парусные лодки, а кроме того, полукругом располагались коттеджи марсиан, где жил Рекари и вся его большая семья. Как Дэйв и предполагал, в столь ранний час на главной улице была всего пара человек, и он их всех знал. Один даже окликнул его по имени, и Дэйв поднял руку в знак приветствия, но останавливаться не стал.

Дом его отца, расположенный почти на северной оконечности города, являлся не только домом, но и офисом. На двери висела табличка, где выцветшими буквами было написано: «Бен Миллер и сыновья. Туризм. Посетите древние руины». Пока мама Дэйва была жива, отец его оставался оптимистом, но сын у них был только один. Зять, который должен был работать с ним, но вместо этого работал на региональную энергетическую компанию, не был впечатлен грантами своего тестя, полученными от Университета Сырта, и раскопанными руинами шести древних поселений, открытых им за последние тридцать лет. Муж Бев считал, что археология на Марсе способна развлечь разве что горстку туристов.

Дэйв закрыл скутер в сарае и подергал входную дверь офиса. Она была не заперта. В Чарлстоне никогда ничего не запирали, ключ вешали прямо на ручку двери, если кому-то он понадобится. Внутри он нашел крошечную переднюю, которая служила офисом, совсем тёмной. Сквозь грязные окна едва пробивались рассветные лучи, выключатель не работал. Дэйв оставил входную дверь открытой, и при свете стал заметен слой нетронутой пыли повсюду. Он включил питание от батарей, которое использовалось в каждом доме на Марсе, и пошел к двери, разделяющей офисную часть от жилых помещений. Кровать в спальне отца была не заправлена, но шкаф с одеждой закрыт и вещи аккуратно сложены, а куртки, которую он всегда надевал, уходя в поля, на привычном месте не было. В спальне Дэйва все было так, как когда он уезжал, школьные трофеи стояли на столе, а под кроватью – пара старых ботинок.

– Ты не вернешься домой, – сказал тогда ему отец. Но Дэйв всегда знал, что вернется. Бен Миллер и сыновья. Дом.

Первые несколько месяцев было тяжело. Была, конечно, тоска по дому, но с помощью физических упражнений удалось с этим справиться, он начал заниматься еще на корабле, а на Земле удвоил усилия, пока ощущение набитого камнями рюкзака за плечами не исчезло. Но потом, когда началась учеба и дух экзотической планеты-матери захватил его, мысли о доме стали уже не так волновать. За исключением, возможно, момента, когда он проснулся ярким солнечным утром и пронзительный свет пробивался сквозь занавески – такого на Марсе не бывает.

Дэйв бросил дорожную сумку на кровать и стал открывать ящики с вещами один за другим, стараясь вспомнить, что еще у него было. Не так много. Пара футболок на самом дне ящика. И небольшой блокнот под ними.

Он всегда брал с собой записную книжку, когда отправлялся на исследования, но она была с ним на Земле, а сейчас лежала в его сумке. Этот блокнот в шкафу принадлежал отцу. Только первая страница была исписана. Наверху стояла дата, примерно пять марсианских месяцев назад, а ниже несколько строк знакомого отцовского почерка, где говорилось о вероятном местонахождении руин близ канала Алкрониус, выходящего из северной полярной шапки. Это была стоящая наводка, говорилось в записях, отцу рассказал об этом месте самый старый марсианин, которого он когда либо встречал, помогший ему однажды с переводом неразборчивых древних надписей. Стоящая наводка, но слишком долгий путь, отец был уверен, что вместе с Рекари они пропадут там надолго, чтобы все проверить. В конце записи были координаты этого места.

Судя по дате написания этой заметки, ледяная верхушка полностью растаяла и канал должен был разлиться в полную мощь. На севере теперь нужна была лодка. У Рекари была лодка. Дэйв видел ее в порту.

Дэйв устал после долгой дороги, но еще больше он был голоден. Полки крошечной кухни были пусты, отец забрал все съестное с собой на север. Поэтому Дэйв отправился на поиски чего-нибудь интересного в местных ресторанах, что на Марсе означало просто что-нибудь съестное. В ресторане «У Джеки», расположенном ниже по улице, на завтрак предлагали арахисовое масло с лепешками, что Дэйва более чем устраивало. В пору студенчества на Земле он питался не лучше.

– Не думаю, чтобы твой отец ждал твоего возвращения, – сказала Джеки.