Читаем Древнееврейские мифы полностью

— Все, что сотворил Пресвятой-Благословенный в Своем мире — сотворил Он мужским и женским. Даже «Левиафан, змей бегущий» и «Левиафан, змей извивающийся» (Ис. 27:1) — самца и самку сотворил Он их. И если бы соединились они друг с другом — разрушили бы весь мир целиком.

Что же сделал Пресвятой-Благословенный? — Оскопил самца и убил самку, и засолил ее для праведников в Грядущем, как написано: «Он убил дракона морского» (Ис. 27:1).

Также и Бегемота с тысячи гор (Пс. 50(49):10) сотворил Он мужским и женским. И если бы соединились они друг с другом — разрушили бы весь мир целиком.

Что же сделал Пресвятой-Благословенный? — Оскопил самца и заморозил самку для праведников в Грядущем…

Таким образом, величие Бога демонстрируется через его способность как создавать, так и контролировать предельные творения, не совместимые с мирозданием. При этом самцы Левиафана и Бегемота продолжают рассматриваться как живые существа, которые могут быть встречены на границе повседневного опыта. Они существуют на земле в единственном экземпляре наряду с третьим, пернатым чудовищем — птицей Зиз, возглавляя царства морских, сухопутных и летающих животных соответственно.

Вслед за пророчеством Ишайи миф о Левиафане сохраняет и эсхатологическое измерение. В будущем мире[74] самцы Левиафана и Бегемота будут убиты самим Творцом или ангелом Габриэлем в сцене, напоминающей охоту. Либо же, по другой версии, убьют друг друга в схватке: Бегемот распорет Левиафана рогами, а Левиафан зарежет Бегемота плавниками. Те, кто не ходил смотреть на звериные бои в этом мире, в будущем мире удостоятся созерцать эту схватку. Главное, однако, что само их парадоксальное существование получает эсхатологическое оправдание: они станут пищей праведников на вечном посмертном пиру. В честь этой грядущей трапезы существует также обычай есть рыбу — символ Левиафана — каждый Шаббат.

Тем самым, если сейчас размеры Левиафана и Бегемота представляют собой катастрофу, в глобальной перспективе они осмыслены как источник бесконечного изобилия: праведники будут вечно ими питаться, и еще останется. Эсхатологическое применение получит и кожа Левиафана, которая, считается, обладает чудесным сиянием. Истолковывая различные библейские стихи, мудрецы Талмуда приходят к выводу, что каждый получит долю этой кожи, и хватит еще на целый Иерусалим.

В будущем Пресвятой-Благословенный сделает праведникам шатер из кожи Левиафана, как написано «Начинишь ли шатрами его кожу?». (Иов 40:31(26))

Кто удостоился — тому шатер, а кто нет — тому укрытие, как написано затем «или укрытием рыбным — его голову»[75]. (Иов 40:31(26))

Кто удостоился — тому укрытие, а кто нет — тому ожерелье, как написано «прекрасный венок (liwyaṯ-ḥēn) они для твоей головы, ожерелье на твоей шее». (Притч. 1:9)

Кто удостоился — тому ожерелье, а кто нет — тому камею, как написано «повяжешь ли его своим девицам». (Иов 40:29(24))

А остаток кожи Левиафана повесит Пресвятой-Благословенный на стены Иерусалима, и будет он сиять от края мира до края мира, как написано «народы будут ходить в твоем свете, и цари — в твоей лучезарности»[76].