Диксон выпустил более шестидесяти романов, сто пятьдесят рассказов и двадцать один сборник. Его произведения «Солдат, не спрашивай» («Soldier Ask Not»), «Потерянный» («Lost Dorsai») и «Плащ и посох» («The Cloak and the Staff») были удостоены премии «Хьюго», а рассказ «Зовите его „господин“» («Call Him Lord») в 1966 году получил премию «Небьюла». Наибольшую известность Диксону принесли двенадцать романов «Дорсайского цикла» («Dorsai»), написанного в жанре космической оперы, а также девять научно-фантастических романов цикла «Рыцарь-дракон» («Dragon Knight») и четыре книги юмористического фэнтези из серии «Хока!» («Нока!»), написанных в соавторстве с Полом Андерсоном. Гордон Диксон скончался в 2001 году.

I

Джим Эккерт неуверенно постучал когтем по двери, выкрашенной в голубой цвет.

Тишина.

Он постучал еще раз. В глубине этого странного дома с островерхой крышей послышались чьи-то торопливые шаги, и дверь приоткрылась. В щель выглянул старик в шляпе с конической тульей и раздраженным выражением на худом лице, с растрепанной седой бородой.

— Извините, сегодня я драконов не принимаю! — отрезал он. — Приходите в следующий вторник. — И он захлопнул дверь.

Все, конец. Последняя капля. Джим Эккерт с глухим стуком плюхнулся задом на землю. Все закружилось у него перед глазами: на заднем плане небольшая лесная поляна с неправдоподобно крошечным прудом, звенящим, как китайские стеклянные подвески-колокольчики, ухоженная лужайка с ведущей к дому дорожкой, посыпанной белым гравием, и пышные клумбы, где исхитрились одновременно расцвести астры, тюльпаны, циннии, розы и ландыши, под указателем с надписью: «С. Каролинус». Ему больше не вынести этого. Того и гляди, он совсем спятит и вообразит себя арахисом или кокер-спаниелем. И все это дело рук Гроттвольда Хансона. Теперь доктору Хоуэлсу придется искать другого ассистента для кафедры английской филологии. Энджи…

Энджи!

Джим снова забарабанил в дверь. Она приоткрылась.

— Дракон! — с яростью завопил С. Каролинус. — А не хочешь ли ты превратиться в жука?

— Но я не дракон! — горестно возразил Джим.

Чародей уставился на него, потом жестом отчаяния дернул себя за бороду и принялся яростно жевать ее.

— Где это видано, — гневно начал он, — чтобы у дракона хватило мозгов на то, чтобы вообразить себя не драконом? Ответьте мне, о силы всемогущие!

— Информация верна физически, но не физиологически, — отозвался могучий бас прямо из воздуха примерно в полутора метрах над землей.

Джим решил было, что вопрос носит чисто риторический характер, и теперь вздрогнул от неожиданности.

— Вот как? — С. Каролинус поглядел на Джима с любопытством. — Гм… — Он выплюнул пару волосков. — Ну ладно, входи, Аномалия — или как ты себя там называешь.

Джим протиснулся в дверь и оказался в просторной комнате. Она была уставлена разномастной мебелью и алхимическим оборудованием.

— Гм… — изрек С. Каролинус, закрыв дверь и в задумчивости обойдя Джима. — Если ты не дракон, то кто?

— Ну, на самом деле меня зовут Джим Эккерт, — пояснил Джим. — Но я почему-то оказался в теле дракона по имени Горбаш.

— И тебя это беспокоит. Потому ты явился ко мне. Очень мило, — с сарказмом отозвался чародей. Он поморщился, помял живот и зажмурился. — Может, ты знаешь, что помогает от постоянной боли в животе? Разумеется, не знаешь. Ладно, продолжай.

— В общем, я хотел бы вернуться назад в свое тело. И забрать с собой Энджи. Это моя невеста, и я могу послать ее обратно, но я не могу одновременно послать обратно себя. Видите ли, этот Гроттвольд Хансон… ладно, наверное, надо рассказать все с самого начала.

— Блестящая идея, Горбаш, — одобрил Каролинус, — или как там тебя зовут.

— Ну так вот, — произнес Джим. Каролинус дернулся от нетерпения, и Джим поспешил продолжить: — Я преподавал в учебном заведении под названием Ривероук-колледж, это в Соединенных Штатах, — вряд ли вы слышали о нем…

— Дальше, дальше, — поторопил его Каролинус.

— Я был младшим преподавателем, то есть ассистентом. Профессор Хоуэлс, заведующий кафедрой английского языка и литературы, еще год назад пообещал перевести меня на ставку преподавателя. Но так и не перевел. А Энджи — Энджи Гилман, моя невеста…

— Ты уже говорил о ней.