Читаем Драконы Новы полностью

Он повторял все снова и снова. Они были комнатой в огне, кедром в дыму. Боль и удовольствие стали удобными партнерами в постели, и его ласки с бесконечной решимостью запечатлелись в ее памяти.

Она хотела его. Они переступили все границы и преодолели все, казалось бы, непроницаемые барьеры, чтобы оказаться с ним между ее ног. Но она жаждала каждого мгновения. Она жаждала его крепких рук на своем теле, его рта на ее плече, его внимания, граничащего с дотошностью.

В их страсти была какая-то надломленность, ритуальное жертвование всем, чем они были, ради того, чем могли бы стать. Пусть они погрузятся в кислотный фатализм, который навсегда останется в их памяти. Они собирались раствориться друг в друге, пока не останется ничего.

Она выгнулась дугой, его рука прошлась по ее ребрам и легла на спину, удерживая ее на месте, а его рот приник к ее груди. Она забыла, что такое быть уязвимой. Контроль боролся с ее привязью, резал ладони, а теперь она выпустила зверя на свободу.

Арианна провела когтями по его рукам и плечам, запустив их в кроваво-оранжевые волосы. Она смотрела, как они рассыпаются по ее груди, когда она прижимает его к себе.

— У тебя здесь магия, — пробормотал он, прижимаясь к ее животу. Его дыхание бегло пробежалось по ее пупку.

— Да. — Она уже была обнажена перед ним. Теперь скрывать было нечего.

— Где еще? — Он приподнялся над ней.

Арианна видела его обнаженную грудь десятки раз: Драконы не очень-то любили одежду. Но сейчас она выглядела по-другому. Находясь на достаточном расстоянии, чтобы ее соски касались его кожи, она, казалось, приобрела другой оттенок и более привлекательный изгиб.

— Ты знаешь. — Арианна провела ладонями по груди, которой только что любовалась. — Хотя я бы не отказалась от легких…

— Не отказалась бы. — Он прижался к ее рту.

Арианна втянула его язык между зубами, сильно прикусив. Кровь хлынула в горло, и она жадно пила ее, снова взорвавшись магией. Она была по-настоящему пьяна от этого мужчины — от его вкуса и ощущений. С каждым разом ей становилось все лучше, а с каждой секундой все хуже. Она подумала, каково это — поддаться любому желанию и лежать с ним до скончания дней.

Арианна слабо улыбнулась ему в губы. Какая идеалистическая идея. То, что этот мужчина делал с ней…

Из глубины его горла вырвалось рычание, которое она также с жадностью поглотила. Арианна перевернула их на маленькой раскладушке, усадив его на себя, как одну из своих летающих птиц. Его эрекция прижалась к ней, и она беззастенчиво опустилась на него.

— Ты ведьма, — простонал он, когда она наконец вернула ему губы.

— Призрак, вообще-то. — Арианна прижалась к нему, целуя его ухо до самого острия. — И не сомневайся во мне. Я мало что могу сделать — особенно с тобой.

Он вдавил большие пальцы в ее бедра, удерживая ее на месте и прижимая к себе. Арианна охотно выполняла его требования. Это была война за доминирование, которая сопровождалась победами и поражениями. Они по очереди становились победителями и проигравшими, испытывая то радость, то разочарование, связанные с отказом от контроля.

Она почувствовала, как дрогнула его магия, как страх снова взял верх. Он слишком много думал. Мужчина, который, казалось, не заботился ни о чем, кроме красоты и легкости, поддался опасностям, связанным с размышлениями о том, кем они были и что делали. Она оценила иронию, когда захотела сказать ему, чтобы он отпустил, позволил им насладиться моментом, в который они сами себя заключили.

Арианна легонько поцеловала его, впитывая эмоции. Она отказалась от слов в пользу действий. Она скользнула к нему и снова почувствовала, как он растягивается, давит, толкается, наполняется.

Это было к лучшему. Он должен бояться ее. Мысль о том, что он и она станут «они», была бы худшим, что могло случиться с ними обоими. Она поглотила бы его. Она использовала бы его для своих удовольствий. Но если бы ей вздумалось, она бы сломала его. Она сбросит его с вершин наслаждения в холодный и одинокий мир внизу.

Это заставляло ее бояться самой себя.

Арианна никогда не позволяла себе заходить так далеко. Даже с Евой между ними царили взаимопонимание и логика. Они начинали как партнеры, равные ученые, а превратились в нечто большее. Арианна жаждала эту женщину. Она испытывала муки страсти со своей теперь уже умершей любовью.

Она восхищалась ее упорством и целеустремленностью. Подобное влекло ее и к Кварех, но проистекало оно из разных источников. Для Квареха не существовало логики. Мужчина, женщина, — Дракон или Фентри — он был не тем, с кем ей следовало бы общаться. Арианна зарычала, задвигала бедрами сильнее и быстрее, как будто могла заглушить конфликт. Она ненавидела его. Она хотела его. Оттенки серого, радуга цвета — они расплывались и сливались в золото.

Кварех потянул ее вниз, и она подчинилась. Она позволила ему овладеть своим ртом, сиськами, плечом. Она вырывала свои стоны в подушки, как проклятия или молитвы.

Ничто не имело смысла, и она будет иметь его до тех пор, пока это не изменится.