Читаем Драконы моря полностью

— Я искренне надеюсь, — продолжал брат Вилибальд, — что вы будете следовать Христу до конца своих дней, а это означает, что вам надлежит исправиться, соблюдать Его заповеди и не поклоняться никакому другому богу.

— Да, да! — нетерпеливо закричали все. — Мы все исправимся. А теперь поторопись, дабы мы перешли к более важному делу.

— Вы не должны еще забывать о том, — продолжал отец Вилибальд, — что отныне вы должны будете приходить ко мне в церковь Господню каждое воскресенье или хотя бы каждое третье воскресенье, дабы слышать волю Божью и обучиться христианской доктрине. Обещаете мне это?

— Обещаем, — охотно проревели все. — А теперь придержи язык за зубами. Время идет, и скоро наступит вечер.

— Самое благотворное для ваших душ, если вы будете приходить каждое воскресенье, но тем, кто живет далеко, можно приходить и каждую третью неделю.

— Прекращай болтовню, поп, и крести нас! — проревели самые нетерпеливые из гостей.

— Тихо! — рявкнул отец Вилибальд. — Древние и коварные дьяволы вашей лживой веры искушают вас, заставляют орать и перебивать мою проповедь в надежде воспрепятствовать воле Божьей и удержать в своей власти. То, что я говорю вам о Христе и о Его заповедях, не болтовня, а необходимое знание, которому вы должны внимать в молчании. Я не буду молиться, если богохульники и слуги дьяволовы не уйдут отсюда, дабы я мог произвести обряд крещения надлежащим образом.

Затем он опять принялся произносить что-то по-латыни, торжественно и сурово, так что вскоре несколько пожилых женщин начали рыдать и всхлипывать. Никто из мужчин не посмел произнести ни слова, все смотрели на священника выпученными глазами и открыв рот. Но двое уже клевали носом, их головы склонялись все ниже и ниже к пивным кубкам, пока гости не соскользнули под стол, откуда донесся громкий хрип.

Отец Вилибальд приказал всем подходить к купели, где был крещен Харальд Ормсон, и все двадцать три мужчины и девятнадцать женщин, стар и млад, были поочередно окроплены водой. Орм и Рапп вытащили двоих спящих из-под стола и встряхнули их, пытаясь вернуть к жизни. Но, видя, что это но увенчалось успехом, они отнесли их к купели и держали до тех пор, пока их не окропили, как остальных, после чего их отбросили в тихий угол. Все находились в прекрасном расположении духа. Они отирали воду с головы и радостно возвращались на свои места за столом. Когда же отец Вилибальд попытался завершить обряд, произнеся общее благословение, поднялся такой шум, что ничего не было слышно.

— Здесь никто не боится воды, — гордо ревели они, усмехаясь друг другу через столы.

— Теперь все готово!

— Поднимайтесь, шуты, и покажите нам свое умение!

Шуты обменялись друг с другом беглыми улыбками и охотно поднялись со скамей. Немедленно в покоях наступила глубокая тишина. Когда они оказались в середине зала, они очень учтиво поклонились Ильве, как будто лишь она собиралась смотреть на них, затем некоторое время они с изумлением смотрели на гостей, которые уже покатывались со смеху, от чего те совсем обессилели от хохота. Затем они одновременно перекувыркнулись через головы, не помогал себе руками, и вновь приземлились на ноги. Затем они подражали птицам и зверям, играли разные песенки на дудочках, стоя на руках, и жонглировали кубками, ножами и мечами. Затем они извлекли из мешков пестро одетых кукол с лицами старух. Филимид взял за руки одну, а Фердиад другую, и немедленно куклы принялись разговаривать, сперва дружелюбно, затем тряся головами и злобно шипя и, наконец, яростно браня и без устали понося друг друга, подобно ссорящимся воронам. Трепет охватил собравшихся, когда куклы начали говорить, некоторые женщины вскрикивали в испуге, а мужчины побелели и схватились за мечи. Но Ильва и отец Вилибальд, которым давно уже были известны проделки шутов, успокоили всех, уверив, что лишь искусность шутов заставляет кукол говорить, и здесь нет никакого колдовства. Орм сам некоторое время был в замешательстве, но быстро взял себя в руки. Когда же шуты свели кукол поближе и заставили их драться, в то время как проклятия становились все громче, так что казалось, что сейчас они вцепятся друг другу в волосы, Орм разразился таким хохотом, что Ильва заботливо наклонилась к нему и попросила не забывать об участи короля Коллы. Орм отер с глаз слезы и взглянул на нее.

— Не так-то легко быть предусмотрительным, когда тебе весело, — промолвил он.

— Но я не думаю, что Господь допустит, чтобы со мной случилось что-нибудь плохое после того, как я оказал ему столь большую услугу.

Но было видно, что он серьезно воспринял предостережение Ильвы, ибо он никогда не пропускал мимо ушей того, что касалось его здоровья.