На этом они и закончили разговор, а пиршество продолжалось долго и весело. Днем, когда большинство гостей так или иначе поднималось со своих скамей, замужняя женщина подошла к сыну Ильвы, дабы одарить его по древнему обычаю[20] и пожелать ему удачи. В это время мужчины решили подышать свежим воздухом и вышли на лужайку, дабы предаться всевозможным играм и помериться силой. На дворе царило веселье, отовсюду слышались хохот и крики.

В то время, пока все веселились и развлекались на дворе усадьбы, четыре странных нищих пришли в Гронинг.

Глава шестая

О четырех странных нищих и о том, как ирландские шуты пришли на помощь отцу Вилибальду

Они выглядели так, как обычно выглядят нищие, с сумами и посохами; едва волоча ноги, они вошли в дом и попросили поесть и напиться. Ильва сидела на скамье перед домом, беседуя с матерями Гисли и Раннви, ибо молодые люди пришли к ней утром, чтобы сказать, что они приглянулись друг другу, и попросить ее переговорить с родителями, дабы назначить день сватовства. Ильва охотно взялась за это, ибо искренне желала помочь им. Когда ей сказали, что у ворот стоят нищие, она попросила слуг позвать Орма, ибо тот приказал не принимать никаких незнакомцев, прежде чем он сам не переговорит с ними.

Итак, он допросил незнакомцев, и они сразу ответили на все его расспросы. Но все же они не походили на обычных попрошаек. Их главный был высоким, грузным человеком с седой бородой и острыми глазами, выглядывающими из-под полей его шляпы. Когда он шел, он приволакивал за собой ногу, как будто она не сгибалась в колене. Он отвечал на вопросы Орма смелым голосом, и по его говору было видно, что он швед. Он рассказал, что они идут из Съяланда и направляются на север, через границу. Рыбаки перевезли их через Саунд, и с тех пор, всю дорогу от Ландойре, они кормятся подаянием.

— Но сегодня мы ничего не ели, — заключил он, — ибо в этих краях расстояние между домами слишком велико, а в последнем доме, куда мы постучались, нам ничего не дали.

— Как бы там ни было, — промолвил Орм, — на твоих костях столько мяса, сколько я не видел ни у одного попрошайки.

— Это все датская пища и оладьи из Сконе, — со вздохом ответил тот. — Но я боюсь, что превращусь в скелет, прежде чем дойду до земли Мэлэр.

Человек, стоявший рядом, был молод, строен, и у него было бледное лицо. Его щеки и скулы были покрыты черной густой щетиной. Некоторое время Орм внимательно смотрел на него. Затем он сказал:

— По твоему виду можно предположить, что ты был священником и брил бороду.

Тот лишь грустно усмехнулся.

— Моя борода загорелась однажды вечером, когда я на ветру поджаривал кусок свинины, — ответил он. — И она еще не отросла.

В облике двух других нищих было что-то, что заставляло Орма присмотреться к ним. С виду они были братьями, поскольку оба были малы ростом и худы, длинноухи и длинноносы, и смотрели на Орма умными коричневыми глазами, похожими на глаза белок. Несмотря на то, что они были невысоки, казалось, оба были сильны и проворны. Они стояли, повернув головы в одну сторону, и прислушивались к лаю собак, затем один из них вдруг засунул в рот палец и издал причудливый свист, тихий и переливистый. Собаки немедленно прекратили лаять и принялись рычать и тяжело дышать, как они обычно делали, когда вокруг были все свои.

— Вы тролли? — спросил Орм. — Или только колдуны?

— Увы, ни то и ни другое, — Ответил тот, который свистнул, — а хотели бы быть и теми и другими. Иначе мы заговорили бы пищу и накормили себя досыта. Орм улыбнулся.

— Я дам вам пищи, — промолвил оп, — и я не боюсь вашего ведовства при дневном свете, но таких нищих, как вы, я еще никогда не видел. Иногда мне самому бывает трудно утихомирить своих собак, странно, что вам это удалось столь легко и быстро.

— Мы тебя научим, как это делать, — сказал второй низкорослый человек, — если вдоволь поедим у тебя и вдвое больше возьмем в дорогу. Мы странники, которые не служат ни одному хозяину, и понимаем собак лучше, чем другие люди.

Орм заверил их, что не отпустит их с пустыми руками, и попросил их войти.

— В хорошее время вы пришли, — сказал он, — ибо в этом доме сейчас большой праздник, и вам хватит лепешек на всех, да и еще что-нибудь найдется. Жаль, что мои гости борются и играют не так искусно, как вы свистите.

Оба низкорослых человека переглянулись, подмигнули друг другу, но ничего не сказали. И все они последовали в дом. Орм крикнул Ильве:

— Здесь пришли путники, большие и малые, хотят отведать твоего праздничного угощения!

Ильва прервала беседу и кивнула, думая о другом, но как только взгляд ее скользнул по двум низкорослым братьям, глаза ее расширились от удивления и она вскочила со скамьи.

— Фелимид и Фердиад! — воскликнула она. — Шуты моего отца! Вы еще живы? Во имя Господа, дорогие друзья, что заставило вас сделаться нищими? Вы слишком стары для своего ремесла!