Читаем Драконы моря полностью

Гости с любопытством слушали отца Вилибальда, перешептывались между собой о том, что в его словах много верного и разумного, но много и такого, чего невозможно слышать без Смеха. Было заметно, что люди старые слушали с большим вниманием, нежели молодые, ибо те, и юноши и девушки с трудом отводили глаза от Илвы. На нее действительно нельзя было налюбоваться, ибо она была прекрасна, жила в согласии с миром и была добра к каждому. Она нарядилась в новое платье, сшитое из дорогой ткани, найденной в мешках Остена и отделанное шелком и серебром. На шее у нее висело андалузское ожерелье. По взглядам мужчин и женщин было видно, что всем она пришлась по сердцу, и Орм с восторгом и гордостью понимал это.

Когда священник закончил свою проповедь, Орм попробовал было убедить одного или двух наиболее мудрых среди гостей, что тот, кто не становится христианином, мало заботится о собственной участи. Но он ничего не добился, кроме того, что несколько человек согласились с мнением, что об этом стоит поговорить, но позже, когда все уже были пьяны, они уклонились от разговора.

Следующий день был воскресеньем, и отец Вилибальд поведал гостям о том, как Господь сотворил мир за шесть дней и в день седьмой отдыхал от трудов своих, и все согласились между собой, что эта история заслуживает самой высокой похвалы. Затем священник рассказал о том, как в тот же день, но многими годами позже, Христос воскрес из мертвых, что они с трудом приняли на веру. Затем в церковь был принесен Харальд Ормсон, дабы над ним был произведен обряд крещения. Аса поднесла его к купели, и отец Вилибальд торжественно исполнил обряд, распевая латинские псалмы так громко, что младенец проснулся и завопил, а собравшиеся затрепетали на своих скамьях. Когда обряд был завершен, все подняли кубки за удачу новорожденного и в память таких славных мужей, как Харальд Синезубый, Свейн Крысиный Нос и Ивар Широкие Объятья, чья кровь текла в его жилах.

Затем гости толпой вышли из церкви посмотреть, как в реке будут крестить смоландцев. Остена и его людей вывели из бани и заставили зайти в воду туда, где было помельче. Они стояли там в ряд, хмурые и простоволосые, в то время как отец Вилибальд стоял перед ними в лодке вместе с Раппом, который держал наготове дротики на случай, если люди окажут сопротивление. Отец Вилибальд читал над ними, и голос его трепетал от возбуждения и восторга, ибо для него это был великий день. Затем он приказал им склонить головы и полил их, одного за другим, водой из ковша. Совершив это, он благословил их, возложив каждому руки на голову. Затем он угрожающе перегнулся из лодки и братски поцеловал каждого в лоб.

Все это они вытерпели с каменными лицами, как будто едва отдавали себе отчет в том, что отец Вилибальд делает с ними, и как будто на берегу не было вообще ни одного свидетеля.

Когда они выбрались на берег, Орм сказал, что отныне они свободны и могут идти куда им заблагорассудится.

— Но прежде чем вы оставите мой дом, — добавил оп, — я бы хотел пояснить вам, как надлежит вести себя христианину. Христос заповедовал нам быть великодушными к своим врагам, даже к тем, которые покушались на нашу жизнь. Я хотел бы быть не менее набожным, чем другие, и соблюсти эту заповедь.

И он приказал дать трем людям еды в дорогу с пиршественного стола. Вдобавок он одарил каждого из них конем, на которых они когда-то прибыли в усадьбу.

— Идите с миром, — промолвил он. — И не забывайте, что вы — слуги Христовы.

Остен пристально посмотрел на него, и впервые за весь день слова сорвались с его уст.

— У меня долгая память, — медленно произнес он, и проговорил это так, как будто он был очень утомлен.

Он не сказал ничего более, влез на коня, проехал через ворота с двумя своими приспешниками и скрылся в лесу.

Затем все вернулись в церковь, и пир продолжался в шуме и веселии, так что, когда отец Вилибальд попытался рассказать всем еще о христианской вере, его никто не пожелал слушать. Предпочтительнее, провозгласили гости, было бы услышать о том, что приключилось с Ормом в чужих землях, а также о его стычке с королем Свейном. Обитатели этих мест не испытывали особой привязанности к королю Свейну, ибо жители приграничных земель всегда щедро воздавали хвалу умершим королям, но у них редко находилось доброе словцо для королей живущих. Поэтому, когда Орм рассказал о том, как отец Вилибальд бросил камень в короля Свейна и выбил ему зубы, отовсюду раздались возгласы ликования и восторга, и все гости поспешили наполнить свои кубки и поднять их в честь маленького попа. Большинство гостей раскачивалось взад и вперед на своих скамьях, слезы струились из их глаз, а рты были широко раскрыты, и то время как другие не могли проглотить свое пиво, поперхнувшись от хохота, и выпрыснули его перед собой на стол. Все радостно кричали, что никогда не слышали, чтобы столь доблестный подвиг был совершен таким маленьким и щуплым человеком.

Дух Святой помогал мне, — покорно сказал отец Вилибальд. — Ибо король Свейн — враг Божий, и моя слабая рука сокрушила его.