<p>Глава 3. Наш пострел везде взлетел</p>

Настроение после обеда у меня было приподнятое, боевое. Я обошла территорию кампуса. Здесь было пять общежитий, три учебных корпуса, по лабораторному ангару на артефакторов и стихийников-природников, а также огромный огневой полигон для боевиков. Серьёзное внимание здесь уделяли физическому развитию студентов. Об этом свидетельствовали две площадки с гимнастическими снарядами, стадион, оборудованный под драконье многоборье, и внушительная арена для игры в крылобол. Не могу сказать, что в последнее время я была фанаткой спорта, но в приюте играла в крылобольной команде и на фоне рафинированных аристократок не должна упасть в грязь лицом. А если и упаду, то не первой.

Значительные расстояния между сооружениями занимали шикарные аллеи, уставленные уютными скамеечками с навесами из вьюнков и беседками, увитыми плющом и цветущими лианами. Плющ здесь вообще уважали. Особенно плотно он покрывал Главный учебный корпус, где, как я успела выяснить, в основном занимались природники — маги, чьи способности лучше всего раскрывались в работе со стихиями. Только два здания выглядели голыми на фоне других — женские общежития, в одном из которых и устроились мы с Мартой.

Когда, нагулявшись до ноющих пяток, я вернулась в номер, Марта уже была там. Она сидела за столом, уткнувшись в учебник.

— Привет! Ты пообедала? — повернулась она ко мне.

— Угу. Просто феерически.

— Везёт… А я нет. Просидела с бумагами до самого заседания. Есть так хочется…

— Я за. А где тут можно перекусить? Столовая работает всегда?

— Нет. Время ужина ещё не началось. Но можно прогуляться до городской таверны.

— Это далеко?

— Ну… — протянула Марта неопределённо, из чего стало ясно, что топать придётся изрядно.

— Тебе же учить надо, — напомнила я.

— Да я ненавижу этих смрадовых драконов и их анатомию! — Она яростно захлопнула книгу.

— Одобряю. Тем более они не стоят того, чтобы из-за них вылететь из Академии, я считаю. Слушай, у меня с обеда осталась булочка. — Всё время прогулки она провалялась в наплечной суме, завёрнутая в бумажный кулёк и забытая. — Давай заварим травки, ты перекусишь, и я помогу тебе учить. А поужинаем в столовой, когда откроют.

— Как ты мне поможешь? — фыркнула Марта. — Никто мне не поможет! — трагически добавила она.

— Знаешь, моя опекунша, донья Антония, ничегошеньки не понимала в магии. Но это не мешало ей гонять меня по учебнику, сидя в кресле-качалке, — поделилась я. — Вот если мы обе не понимали написанное, то шли за разъяснениями к городскому магу.

— А что, так можно было?

Я пожала плечами и изобразила на лице: «А что, можно было как-то по-другому?»

— Ладно. Давай свою булочку. А зачем тебе это надо? — с подозрением спросила лекарка, откусив. Булочка слегка примялась, но всё ещё держалась молодцом. После такого противостояния с тараканом ей сама Крылатая Тень велела.

— Ну, мало ли. Понимаешь… драконы же вымирают. Вдруг нужно будет помочь, а я не знаю как.

— Помочь им… Они того не стоят!

— Я имею в виду «помочь вымереть».

Марта рассмеялась:

— Ладно, давай попробуем. Хуже уже всё равно не будет.

Оказалось, учить анатомию драконов вдвоём даже весело. Особенно когда мы дошли до описания органов, скрытых у них под хвостом.

— Они у них правда оттуда выворачиваются? — потрясённо спросила я.

— В человеческом виде — висят, как у обычных мужчин. А в драконьем мне никто не показывал.

Я не стала уточнять, кто ей показывал в человечьем, чтобы не портить атмосферу. В словах Марты звучали нотки обиды. Мы, пользуясь рисунками и словесными описаниями, попытались представить это главное сокровище драконов, сокрытое у них в недрах. Потом прервались на ужин, набрав еды побольше — сидеть предстояло допоздна. Закрылись и продолжили учить. Больше всего, конечно, доставляло зубрить названия всяких мышц и костей на древнедраконьем.

— Представь, на языке уже не говорят более тысячи лет. А мы всё ещё должны учить эту смрадову галиматью! Кому она нужна?! — ныла Марта.

— Ну как. Идёшь по улице, смотришь — лежит тысячелетний дракон. Ты к нему подходишь и такая: «О, у вас всего лишь os fufubula сломана». И он тебе такой: «Фух, какое облегчение!»

Спать мы легли глубокой ночью, но я завела магобудильник, чтобы хватило времени нормально собраться и подойти заранее. Встала, привела себя в порядок, дёрнула дверь. Дёрнула ещё раз. Толкнула. Пнула. Без результата.

— Что ты там шумишь? — выбралась из-под подушки Марта.

— Дверь не открывается!

— А ключ в замке провернула?

— Спасибо! Сама бы я не догадалась!

— Ну подшутил кто-то, значит. — Она села, протирая глаза. — Я вроде никому в последнее время дорогу не переходила.

— Я переходила, — и затарабанила кулаками по двери.

— Главное, чтобы не банде де ла Ньетто, — успокоила она.

Я скривила губы.

— М-да… — Марта скуксилась. — Тогда стучать бесполезно. Эти точно паутину тишины на дверь наложили.

— Вот козлы безрогие! — выругалась я в сердцах.