Читаем ДРАКОНиЯ тайна полностью

— Наши финансы настолько плачевны? — Я полагал, что за последние годы в них не произошло значительных изменений.

— Нет, у нас всё как всегда. Но сейчас Каталина хочет получить тебя, а завтра может приглядеть себе другого красавчика.

Брачный рынок — очень неприятное место. Особенно если ты на нём в качестве товара. Но у меня хотя бы есть год.

— Обращаю внимание: твоё поведение должно быть безупречным. Никаких интрижек, подружек, девиц лёгкого поведения и студенточек из соседнего общежития.

— Может, ещё и девственность вернуть?!

— Было бы неплохо, — на полном серьёзе кивнул отец. — Но, к сожалению, это невозможно.

— Ради чего такие жертвы?!

— Согласно последним данным, каждый десятый ребёнок чистокровных драконов рождается бескрылым. Шестеро из десяти бескрылых появляются в браках, где хотя бы один из супругов имел связь на стороне, — сухо процитировал статистику отец. — Ты не должен дать осечки.

— А если дело не во мне?

— Вот и докажи, что дело не в тебе. Вопрос закрыт.

Меня просто выбесила эта позиция! Сотни, тысячи лет мужчины-драконы пользовались правом свободных отношений до брака. Да и после, чего скрывать. Сотни лет у них прекрасно рождались здоровые крылатые потомки. И только на нашем веку интрижки на стороне внезапно стали мешать драконорождению. Эти старые смердуны из Совета Крылатых придумывают всё новые и новые ограничения из банальной зависти. Помяните мои слова, завтра они решат, что драконам нельзя смеяться и танцевать. Послезавтра — посадят молодёжь под замок в пещеры, чтобы следовать традициям предков.

Какая чушь!

В таком взрывном настроении я спешил на станцию встречать приятелей, когда столкнулся на входе в Академию с юной абитуриенточкой. Мелкой, но очень наглой. Никакого уважения к старшим и крылатым! Ничего, студенческое сообщество таких быстро обламывает. Ох, как бы я её проучил! Она следовала бы за мной тенью и воспевала в спальне мой несравненный ум и неземную красоту! Как бы она рыдала потом, использованная и брошенная. Сколько их было таких… Впрочем, до спальни допускались далеко, далеко не все. Но эта была хорошенькой, прекрасно сложённой и на редкость темпераментной. В ней было столько огня, что тот самый Внутренний Дракон, о котором так любили говорить в Совете Крылатых, встрепенулся и повёл ноздрями в предвкушении.

Увы, теперь мне оставалось лишь шипеть ей вслед.

Ничего. Есть более простые и действенные методы поставить выскочку на место. Просто они далеко не столь приятны.

До начала занятий оставалось ещё три дня, но наша компания была уже в сборе. С прошлого года мы недосчитались Пьетро. Он был лучшим выпускником нашего факультета и получил назначение в королевскую гвардию. Матео тоже весной завершил основное обучение, но теперь щеголял накидкой магистратуры природников. Ему неплохо давалась теоретическая магия, и он мечтал заниматься разработкой новых заклинаний, как до недавнего времени его почивший дядя. Тину предстояло ещё два курса. Для меня, Эстебана и Николаса этот год в Академии был последним, и радость встречи омрачалась лёгким привкусом горечи.

— Ну что, други, надо бы отметить, — внёс дельное предложение Никки, потирая друг о друга ладони с тонкими аристократическими пальцами. Николас был представителем древнего лекарского рода и нередко выручал в борьбе с последствиями ночных возлияний.

— Давайте для начала в столовую, — предложил Тео. — У меня сразу после обеда заседание приёмной комиссии.

— Ого! — изобразил на лице важность Валентино. Тин был зельеваром от Тени, за что наша компания и пригрела его в своих рядах, несмотря на возраст. Веселящие настойки его резко меняли, превращая в болтуна и балагура, а в остальное время он был конкретен и лаконичен, как девиз боевого факультета[3]. — А чего сразу не ректорат?

— Всему своё время, — уверил наш магистрант. — Вечером я тоже пас. Завтра с утра пораньше буду секретарствовать на первом вступительном испытании.

— О, эти сложности взрослой жизни! — Никки трагически прикрыл лицо ладонью.

— Да, когда-нибудь и вы до них дорастёте, — задрав нос, уведомил нас Матео. — Но завтра вечером меня уже ничто не остановит. О, смотрите, какая-то овца заняла наш столик!

И правда, там сидела уже знакомая мне абитуриентка. Прямо на моём месте.

— Это не овца. Это бешеная куница, — поведал я приятелям. — Она мне сегодня чуть нос не откусила в воротах Академии за то, что не уступил ей дорогу.

— И что ты сделал? — поинтересовался Эстебан, номер два на моём потоке.

— Ничего.

— Сдаёшь позиции, — усмехнулся он.

— А что, я должен был за нею бежать и кричать: «а ну стой, я сейчас тебе отомщу»? — фыркнул я, вызвав взрыв смеха у приятелей. — За девками я ещё не бегал. Они всегда приползают сами. Видишь, и эта — не исключение…

…К сожалению, девица оказалась крепким орешком.

После её триумфального бегства мы сидели как громом поражённые. Точнее, тараканом обрызганные. Правда, недолго. Визг Каталины привёл меня в чувство. Я встал, подошёл к ней и мягко взял за локоток: