Когда драматург Юджин О’Нил получил Нобелевскую премию по литературе, Драйзер послал ему теплое приветствие. «Я испытываю трусливое чувство вины, — ответил на приветствие Драйзера драматург, — словно я стащил что-то, что, как я хорошо знаю, должно по праву принадлежать вам».

Зимой Драйзер возобновил знакомство с жившим неподалеку от него поэтом Эдгаром Ли Мастерсом. Он убеждал Драйзера поскорее закончить роман «Оплот», о котором они говорили еще в 1912 году в Чикаго. Мастерс посвятил Драйзеру стансы, в которых сравнивал писателя с «высокой сосной… обвеваемой штормовыми ветрами».

Лето Драйзер проводит на даче Маргарет Чедер на берегу залива. На субботу и воскресенье к нему приезжали гости из Нью-Йорка. Мастерс часами сидел в кресле-качалке на открытой веранде, ожидая, пока Драйзер возвратится с купанья и сядет с ним рядом. «Оба эти поэта по самой своей натуре любили в такие часы помечтать, — отмечает Чедер. — Иногда Мастерс расскажет какую-нибудь историю в своей неподражаемой спокойной, немного поддразнивающей манере. Или оба они предадутся воспоминаниям о Нью-Йорке, Индиане, Чикаго. Они подшучивали друг над другом при каждом удобном случае, особенно по поводу женщин. Оба они знавали достаточно бурные дни в Чикаго, когда и тот и другой имели мучительные любовные истории».

Драйзера навещали его друзья — ученые из биологической лаборатории, на даче бывали Дороти Дадли, Говард Скотт, карикатурист Арт Янг, художник Гилберт Уилсон, писатели, критики, музыканты. Драйзер вспоминал, как в 1915 году он лежал больной пневмонией в своей комнате в Гринвич-Вилледж и случайно зашедший к нему Говард Скотт начал ухаживать за ним, приносить лекарства и помог ему встать на ноги.

Часть V

Глава 16

ПОЕЗДКА В ВОЮЮЩУЮ ИСПАНИЮ

В конце лета Драйзер получил предложение составить сборник избранных произведений американского писателя и общественного деятеля XIX века Генри Дэвида Торо и написать к нему предисловие. Драйзер не любил отрываться от своей работы для выполнения отдельных заданий издателей. Но на этот раз два обстоятельства заставили его изменить своему правилу. Во-первых, книга должна была выйти в серии «Неувядающие мысли прошлого, представленные великими умами настоящего». К участию в этой серии привлекались крупнейшие писатели, в частности, сборник произведений Шопенгауэра готовил Томас Манн. Во-вторых, издатель предложил выплатить солидный аванс. И Драйзер дал свое согласие, однако он не успел закончить работу, как его отвлекли еще более срочные дела.

Лига американских писателей, с которой Драйзер активно сотрудничал, предложила ему принять участие в качестве представителя лиги в открывающейся в Париже конференции Международной ассоциации писателей в защиту культуры, а также в конференции против бомбардировок открытых городов, на которой он должен был представлять Американскую лигу борьбы против войны и фашизма.

Последние дни перед отъездом прошли в хлопотах и сборах, и 13 июля Драйзер отплыл в Европу на пароходе «Нормандия». 18 июля он уже осматривал вечерний Париж.

Председательствуя на одном из заседаний конференции писателей, Драйзер произнес яркую речь, в которой он говорил о роли писателя в современном обществе. «Мне думается, что самое важное в искусстве и в литературе — это чтобы художник и писатель с интересом всматривались в жизнь и пытались ее понять; а поняв ее, они естественно включаются в борьбу за выполнение важнейших задач, стоящих перед их родиной, в особенности если речь идет о борьбе за существование». Сам Драйзер не только всегда активно участвовал во многих прогрессивных движениях своего времени, но и являлся пионером, зачинателем борьбы за подлинно реалистическое направление в американской литературе XX века, был ярым сторонником социальных реформ.

Драйзер счел необходимым в своей речи специально остановиться на том влиянии, которое оказал на развитие американской литературы Великий Октябрь, дал оценку произведениям последних лет.