Читаем Драйв Астарты полностью

- Ну… - он пожал плечами, - В мире полно идиотов, поэтому я ожидаю какой угодно реакции. В позапрошлом году, когда у власти в Гренландии были евро-христианские консерваторы, меня трижды привлекали к суду. Первый раз: из-за гомосексуалистов, потому что у меня в тексте было ругательство «пидорасы», а это гомофобия. И мне влепили штраф. Второй раз: из-за гомосексуалистов. Церковь требовали запрета гей-парада в Нууке. А я сказал по любительскому TV, что логичнее запретить церковь, которая заебала всю страну своим древнееврейским богом, а гей-парад нормальным людям не мешает. Мне влепили сразу два штрафа: за антисемитизм и за богохульство. Третий раз: из-за гомосексуалистов. У меня в одном рассказе есть гей-любовь двух подростков. Только они и выжили при аварии космического корабля. До Земли еще несколько лет полета, а у них пубертат… И мне влепили штраф за детское порно.

- …С тех пор Гисли убежденный гетеросексуал, - громко произнесла Скиппи.

В зале снова заржали. Орквард фыркнул, как конь, и кивнул головой.

- Да. И что здесь смешного? Большинство людей гетеросексуалы, это статистика… Симона, напомни, про что был вопрос?

- Про авторитаризм.

- А! Дьявол! Точно! Я не удивлен, что какой-то идиот увидел в «Парусах прадедов» пропаганду. На корабле капитан - автократ, диктатор. Обвинение, суд, штраф.

- Вот каково хваленое буржуазное правосудие, - констатировала Симона, - Ну, а если серьезно: каких политических взглядов ты придерживаешься?

- Черт его знает, - Орквард пожал плечами, - По мне, так любой политический строй хорош, если он поддерживает порядок, и не мешает нормальным людям жить, как им удобнее. А если политический строй сдирает с тебя адские налоги, а за порядком не следит, и на улицу страшно выходить одному и без оружия, то это хреновый строй.

- И все-таки, ты за или против частной собственности на средства производства?

- Знаешь, Симона, это не ко мне, это к доку Кватро. Он тебе мигом объяснит, что нет никакой частной собственности в этом смысле, а есть фикция, миф, обманка.

- Вводная лекция по математической политэкономии! - выкрикнул доктор Чинкл.

Симона Сид в притворном ужасе схватилась за голову и сделала вид, что намерена спрятаться под столик телеоператора.

- Так то! – наставительно произнес Орквард, - Наука это тебе не пинта эля!

- Что ты имеешь против моего эля? - поинтересовался дядя Жосе, слушавший эту перепалку из-за стойки, - У меня, между прочим, эль сварен по всей науке.

- У тебя отличный эль, - ответил литератор, - Но эль это одно, а наука это другое.

- Верно, - согласился владелец таверны, - Науку, саму по себе, в кружку не нальешь.

- Гисли! – сказала Симона, - У меня тогда вот какой вопрос. Какой строй ты бы хотел видеть на другой планете, в колонии, созданной людьми, о которых ты пишешь?

- Тут я за прямую демократию, - ответил он, - Как у пиратов в «Острове сокровищ» у Стивенсона. Докажи людям, что ты лучший лидер, и за тебя проголосуют. А если ты облажался, то вот тебе черная метка, слезай с бочки и не мешай новым выборам.

- А деньги при такой прямой демократии будут? – спросила она.

Гисли отхлебнул эля из кружки и отрицательно повертел головой.

- Деньги это вообще обман. Лучше между собой договориться и писать расписки. За единицу для пересчета можно взять мегаватт-час электричества. Или фунт сахара. Не важно. Любой товар, который все потребляют.

- Это похоже на позднее первобытное общество, - заметила Симона, - В нем, в ходе производства и натурального товарного обмена, происходит расслоение, рождаются классы, и оно превращается в раннее рабовладельческое. Разве не так?

- Нет, не так! – вмешался Чинкл, встал с места, и подошел к стойке, - Расслоения по имуществу мало. Нужны еще войны с соседями. Первыми рабами были не родичи, а пленные. У племен, которым негде было брать пленных, рабовладение не возникло. Кроме того, классическое рабовладение возможно только на примитивном аграрном уровне производства. В до-аграрных общинах раба просто некуда приспособить, а в общинах с продвинутым машинным производством раб нерентабелен. Там остается неклассическое, контрактное рабовладение, но при постиндастриале и оно исчезает. Элементарный марксизм, Симона. Формация определяется способом производства.

- А к чему приводит расслоение в постиндустриальной общине? – спросила она.

- К инфренции, - ответил математик, - Это очень простая штука: конкуренция стилей жизни, с их интерференцией, смешением, разделением, взаимопроникновением. Это жизненный цикл динамичных переменных ценностей и обычаев постиндастриала.

Дядя Жосе наклонился к нему через стойку и негромко поинтересовался.

- Покормить твоих обормотов?

- Ага. И меня с женой тоже. Лично мне, кроме того, рюмочку самопального виски.

- Так, - сказала Симона, - наука выпивает для храбрости, я задам вопрос фантастике. Гисли, а как ты объяснишь то, что первый и пока единственный внеземной поселок - Лингам - состоит из коммунистов, и организован по коммунистическим принципам?