Читаем Драйв Астарты полностью

- Прямо… - задумчиво повторил он, - Да, наверное, ты права. Я клоню к тому, что не очень правильно делить людей на заведомо-хороших, с которыми можно дружить, и заведомо-плохих, с которыми можно только воевать.

- Есть человек - функционер определенной корпорации, - медленно проговорила она, глядя ему прямо в глаза, - У корпорации есть программа. Эта программа направлена против моего образа жизни. Этот человек ее выполняет. Он может быть хороший или плохой, это не имеет никакого значения. Он просто мой враг.

- Ответ понятен, - Филибер кивнул, - остались детали. Вот я католик. Римский католик, как у вас говорят. Я приехал в вашу страну. Что из этого следует?

- Ничего, - ответила Люси, - Половина французов считает себя римскими католиками.

- Хорошо, а если я приеду проповедовать, как миссионер?

- Оно вам надо? – спокойно спросила она.

- Ну, допустим, - сказал он.

Юная меганезийка вздохнула и затянулась сигаретой.

- Я сожалею, док Клод… Ничего личного.

Подошел Хаген, он нес перед собой пластиковый тазик с горой вареных креветок.

- Люси, что за на фиг!!! Дядя Микки мне когда-нибудь оторвет голову!

- Хаг, я просто прикурила для тебя сигарету, - ответила она, глядя на него чистыми и честными глазами, - А затянулась один раз. Типа, рефлекторно.

- Рефлекторно, - фыркнул он, поставил блюдо на циновку посреди компании и забрал горящую сигарету, - Кстати, мерси.

- Угу. А как ты думаешь, Хаг, из дока Клода может получиться миссионер?

- По ходу, нет. А вы собрались на религиозную работу, док Клод?

- Нет, - француз улыбнулся, - Я просто ставил такой мысленный эксперимент.

Гастон Дюги довольно точно воспроизвел свистом стартовую музыкальную фразу из «Интернационала», после чего произнес.

- Было бы очень интересно услышать ваш комментарий сен Митиата.

- О чем? – спросила она.

- О политической доктрине. Об отношении к миссионерам и функционерам. Хочется понять, что происходит между вашим правительством, правительством Франции и, скажем так, крупнейшими европейскими и мировыми религиозными течениями.

Рокки взяла с блюда креветку, перебросила из ладони в ладонь, и положила назад.

- Еще слишком горячая. Пока остывает, я как раз успею сделать краткий доклад. Ваш вопрос, Гастон, состоит из четырех частей. Первая - самая простая. О функционерах. Отношение к ним определяется Хартией и постановлениями суда. Правительство тут только исполнитель. Если суд признал некую корпорацию враждебной, то ни один ее функционер не может открыто въехать в Меганезию. Если же он въедет скрытно, то, вероятнее всего, его поймают и поступят с ним, как с диверсантом.

- Расстреляют? – уточнил француз.

- Не исключено, - подтвердила она, - Вы можете посмотреть прецеденты на сайте Верховного суда, там архив с рубрикатором. Вторая часть. Позиция правительства Меганезии в отношениях с Францией. Она диктуется действующим социальным запросом. Foa желают получить широкий доступ к космическим ресурсам за очень небольшие деньги. Команда координатора Ясона Дасса обязалась это выполнить. Как видите, это организуется путем привлечения различных космических агентств и корпораций в перспективные проекты… Или с их собственными перспективными проектами, как в случае «Марсианской каравеллы». Ясно, что в некоторых случаях, участие космических агентств обусловлено некоторыми политическими условиями. Пример такого условия: вооруженные силы Меганезии или ее союзных автономий, поддержат соответствующее правительство в недорогой локальной войне.

Доминика Лескамп тряхнула головой, будто сбрасывая оцепенение.

- Откровенно, черт возьми!... И как велика война, за которую наше правительство рассчиталось переброской «Каравеллы» на вашу территорию?

- Это третья часть ответа на комплексный вопрос Клода, - сказала Рокки, - Каковы интересы правительства Франции? Первый, самый очевидный интерес: удержать, укрепить, а, по возможности и расширить плацдармы на северо-западе Индийского океана. Эта задача успешно решается. Второй, связанный с первым: ослабить в этом регионе позиции геополитических конкурентов. Британский Чагос. Задача решена.

- Можно подумать, Чагос сам по себе был не нужен Меганезии, - буркнул Фрэдди.

Рокки утвердительно кивнула.

- Разумеется, правительство Дасса извлекло из Чагоса дополнительную выгоду. Это законный профит подрядчика в любой сделке. Третий интерес, менее очевидный, в европейском регионе. Правительство Франции оказалось в сложной ситуации из-за возрастающего исламского присутствия. С одной стороны, всем понятно, что ислам является деструктивным фактором для страны. С другой – правительство не имеет возможности резать священных коров толерантности и религиозного равноправия. Желательно, чтобы их зарезал кто-то другой, а правительство объявило бы по этому поводу ритуальный траур. Здесь мы мягко переходим к последней части вопроса уважаемого Клода: отношения с мировыми религиозными течениями.

- Минутку, - вмешалась Жанна, - Это значит, что католический фестиваль в Париже должен превратиться в бойню?