— Преимущественно остатки разных показов и фотосессий для модных журналов, — ответила Софи. — Большую часть никто никогда не носил.

В конце концов они подобрали для него одежду, которая Алексу показалась чрезмерно модной, а Софи — лежащей «где-то между невыразительной и невидимой».

— В моем мире, — объяснил Алекс, — чем человек серее, тем и лучше.

Софи повертела на указательном пальце ключи от «ауди»:

— Ко мне?

В квартире, глядевшей на Слоун-сквер, они уплетали купленных в «Сейнзберриз» креветок под соусом карри, пили прямо из бутылок пиво «Кроненбург» и смотрели сериал «Господи Боже мой». Алекс, проведший последние несколько недель на армейском рационе, поглощаемом исключительно в мужской компании, чувствовал себя на седьмом небе.

— То, что ты вернулся, это хорошо? — нерешительно спросила Софи. — Значит, у тебя будет свободное время?

— И да, и нет, — ответил он. — Я здесь… чтобы кое-кого отыскать.

— Рассказать мне об этом ты не можешь, да?

Алекс покачал головой:

— Прости.

— Это опасно?

— Сомневаюсь. Я должен найти одного человека, вот и все. Пошевелить мозгами, а не пострелять. Так что, в общем, да, я поболтаюсь здесь, но только буду иногда пропадать.

— Так оно всегда и будет? — спросила Софи. — Я спрашиваю, ты не отвечаешь?

— Пока я варюсь в этом — да. Не принимай на свой счет.

— Да я и не принимаю, — сказала она с легким раздражением. — Просто мы вместе уже год, и мне хотелось бы думать, что у меня есть какой-то… какой-то доступ к твоей жизни.

— Полный, — мягко ответил Алекс. — Табличка «вход воспрещен» относится только к моей работе. А там ничего для тебя интересного нет.

— Да, но твоя работа — это и есть твоя жизнь. Все эти мертвецы… Я так и вижу их в твоих глазах.

Алекс пожал плечами. На эту тему он никогда и ни с кем обстоятельно не разговаривал.

Глава 4

На пропускном пункте Темз-Хаус Алекс появился без нескольких минут девять. Доун Гардинг, уже поджидавшая его с кейсом в руке, расписалась в журнале учета посетителей.

— Мы сегодня в итальянском, не так ли? — сказала она, окидывая взглядом его штиблеты от Гуччи и серый костюм от Черрути. — А мне казалось, парни из Херефорда предпочитают одежду от мистера Байрайта.

— Я знаю, какое значение вы, гражданские, придаете внешнему виду, — ровным тоном ответил Алекс. — Вы же не хотите, чтобы мой внешний вид не соответствовал вашему высокому положению, правда?

Он последовал за ней в лифт, Доун нажала кнопку пятого этажа.

— И место для ночлега вы, конечно, приискали?

— Да, нашел, где преклонить голову.

— Я и не сомневалась.

Как и вчера, она была вся в черном — ни косметики, ни духов, ни украшений.

Лифт содрогнулся и встал. Доун прошла по устланному серым ковром коридору и ввела Алекса в кабинет, который, если б не опущенные наполовину шторы, был бы залит солнечным светом. На широком, специальной конструкции столе расположились в ряд три компьютерных монитора и факс. Большую часть стен занимали карты, книжные полки и большой плоский экран еще одного монитора. В дальнем конце комнаты с полдюжины кресел окружали стол с кофеваркой.

За столом сидела заместительница директора, и Алекса вновь поразила красота ее лица и общая элегантность. Сегодня на ней был угольно-черный костюм, очень идущий к ее пронзительным синим глазам и искусно причесанным стального оттенка волосам. Рядом с ней возвышался Джордж Уиддоуз.

Заместительница, обойдя стол, протянула Алексу руку.

— Поскольку мы будем какое-то время работать вместе, капитан Темпл, — сказала она, — думаю, нам следует по крайней мере знать настоящие имена друг друга. Я Анджела Фенвик, полный титул — заместитель директора оперативного отдела. Добро пожаловать в Темз-Хаус.

Когда они расселись вокруг стола, Анджела Фенвик нажала на кнопку кофеварки и сказала Алексу:

— Ничто из произносимого в этой комнате не записывается и не документируется. Можете говорить совершенно свободно, что вы, надеюсь, и станете делать. Из этого следует, что и вы не будете без прямого моего указания передавать кому бы то ни было ни одного из сказанных мной слов. Вас это устраивает?

— Да, пожалуй.

— Хорошо. Кофе все будут? Джордж, займитесь им.

Когда Уиддоуз налил всем кофе, Анджела Фенвик откинулась с чашкой в руке на спинку кресла и сказала Алексу:

— Убийство Крейга Гидли. Оно ничего вам не напомнило?

— ИРА, — сказал он. — Белфастская бригада прикончила двоих из ИОП, вогнав им в головы гвозди. Кажется, это было в начале девяносто шестого. Трупы оставили на пересечении дорог под Данганноном.

— Рей Бледсо, — прибавил Уиддоуз, — и Коннор Вин.

— Правильно, — сказала Анджела Фенвик. — Вся эта история действительно началась в Северной Ирландии. Но не в девяносто шестом, а в Поминальное воскресенье восемьдесят седьмого.

— Эннискиллен, — мрачно произнес Алекс.