Читаем Дождь из высоких облаков полностью

Они остановились на берегу, обнялись и поцеловались.

– Ну все, до завтра! – сказал Андрей. – Иди в лагерь!

На поляне с молодыми, в пояс, сосенками отчетливо были видны мокрые от дождя палатки, дымил костер, чуть ниже, на лужке, паслись стреноженные кони. У палаток мелькали фигуры людей – привычная жизнь в полевом лагере в часы вынужденного простоя...

Она пошла в гору, к палаткам и уже сверху оглянулась. Андрей помахал рукой и направился обратно.

И вдруг услышал отчаянный крик Надежды:

– Сережа! Сережа!

Он резко обернулся, потом побежал в гору.

Там, где мгновение назад стоял лагерь съемочного отряда, высились стройные, высокие сосны.

И коней на лужке не было...

Надежда испуганно схватилась за рукав Андрея, прижалась к нему, глядела с удивлением и страхом.

– Что это? Мы опять заплутали?!

Андрей вошел под высокие сосны, огляделся – ни следа, ни колышка. Первозданный моховой покров...

Озираясь по сторонам, он прогулялся по бывшей поляне, остановился в каком-то месте, копнул ногой мох.

Под ним оказалось старое кострище – черные угли, зола...

– Заплутали, – согласился он. – На сей раз, кажется, во времени...

Ночью Илья сидел в машине и кого-то явно выслеживал.

Серый, невзрачный «жигуленок» дежурил неподалеку от элитного дома с одним подъездом. Кругом – теснота старинных московских переулков...

Вероятно, летом не успели завершить благоустройство прилегающей к дому крошечной территории, поэтому рядом с недостроенным железным забором остался вагончик на колесах, штабель стройматериалов и кучи занесенного снегом мусора. Машины из-за этого не могли подъехать вплотную к подъезду, останавливались возле вагончика, и пассажиры дальше шли пешком мимо всегда опущенного шлагбаума – всего метров двенадцать.

Изредка подъезжали дорогие автомобили, охрана провожала кого-то, а Илья хватался за бинокль...

Нет, не то...

Долго рассматривал в бинокль окна дома. Внимание привлекли видеокамеры, установленные на кронштейнах... Одна из них была управляемой и реагировала на подъезжающие машины...

После этого скрупулезно изучал путь от подъезда к вагончику, мимо мусорных куч – за трансформаторную будку. И уже оттуда – в тесноту столичных дворов: новый дом стоял где-то в пределах Садового кольца...

Наконец возле вагончика показался черный «мерседес». Илья посмотрел на часы, записал время и поднял бинокль.

Из машины выскочил водитель, открыл заднюю дверцу. Вышел плотный незнакомый человек, что-то сказал шоферу и направился за шлагбаум.

Илья навел бинокль на номер машины – записал и его, после чего проследил путь пассажира от шлагбаума до подъезда.

«Мерседес» ждал до тех пор, пока хозяин не скрылся за стеклянной дверью.

Четыре окна подряд на шестом этаже до сих пор были темными. Но вот там вспыхнул свет. Илья опять посмотрел на часы, записал время, после чего запустил двигатель и, не включая света, осторожно уехал в лабиринты московских двориков...

Надежда проснулась, когда было уже светло, багровое зимнее солнце заглядывало в окна.

Дверь на кухню была открыта – там Игорь Александрович подбрасывал дрова в печь – лицо озарено огнем...

– Доброе утро, папочка! – громко сказала она.

Он махнул рукой, взял ухват и полез в печь – за большим медным чайником.

– Вставай, будем чай пить.

Надежда встала, быстро оделась и пошла к рукомойнику.

Отец разливал чай в кружки.

– А вы разве их не искали? – спросила она, умываясь.

– Как же не искали, – не сразу отозвался Игорь Александрович. – Даже вертолет пригнали из Мурманска... Потом из МГБ приехали, всех допрашивали. Ну и решили, что Харламов с Таней сбежали в Финляндию. Меня чуть не посадили.

– Разве ты не рассказал, как они исчезли? – удивилась Надежда.

– Кто бы мне поверил? В то время чудес быть не могло. – Он усмехнулся. – Я и сам-то себе не верил, думал, привиделось. Знаешь, в природе случается подобное. Особая оптика атмосферы, например... Садись, остынет.

Надежда села к столу.

– Угощайся. – Отец пододвинул блюдо с оладьями. – Это ландорики. Мы их в экспедиции на лопате обычно пекли... – И продолжил: – Как же не искали? Я потом всю жизнь о них думал... И все хотел съездить на то место, еще раз посмотреть. Но все как-то не получалось. В прошлом году поехал на поезде, и место вроде бы нашел, а не узнаю. Карты нет, так еще и заплутал. Все заросло, места не узнать.

– Это когда ты на десять дней пропадал? – уточнила она, пользуясь паузой.

Игорь Александрович не услышал.

– И вот нынче осенью является ко мне Харламов. Я его сразу узнал, только удивился, что он все еще молодой. На нем даже френч и шинель те же самые! Говорю: «Покоя не дает мне тот случай, как вы на моих глазах пропали...» – «Значит, ты не поверил, что мы в Финляндию сбежали?» И дал дерево, на посох... На поезде, сказал, не найдешь, хотя там близко железная дорога. Пешком надо. Потом они еще раз с Кравченко приходили, узнавали, можно ли в институте восстановиться. Таня же студенткой была...

Надежда зябко передернулась, стряхивая оцепенение.

– И что? Восстановилась?

– Где там? Смотрят как на сумасшедших. Они и ушли обратно...

– Так ты нашел Тридевятое царство?