Благодаря российским журналистам, которые получили доступ к советским ар-хивам в Москве, мы можем восстановить путь его напарника Раттенхубера, по-сле того как он, покинув бункер Имперской канцелярии во главе одной из групп, оставил Мартина Бормана на мосту Вайдендаммбрюкке. Раненого в ногу осколком снаряда, его несколькими часами позже взял в плен советский пат-руль. Затем Раттенхубера незамедлительно отправили в Бутырскую тюрьму в Москве. Даже если он заранее, благодаря своей договоренности с Мюллером, заключил соглашение с советскими разведывательными службами, само собой разумелось, что Абакумов хотел бы пополнить с его помощью свои досье о нацистских тайнах.

Полковник Павел Ильяченко 9 мая 1945 года получил задание тщательно изу-чить его знания. Лаврентий Берия и его соперник Абакумов ежедневно следили за его допросами. Они весьма интересовались тем, как была организована и функционировала служба охраны фюрера, и даже как Раттенхубер обеспечивал контроль его питания. Вегетарианец, Гитлер ел только овощи, предоставленные Мартином Борманом, который привозил их ему из штаб-квартиры в Цоссене, или во время его поездок, из Оберзальцберга.

События, которые происходили в бункере в течение последних дней, заполняли страницу за страницей. Раттенхубер, например, подтвердил, что Герман Фегеляйн, зять Евы Браун, попытался сбежать и был расстрелян Генрихом Мюлле-ром по приказу Гитлера.

Знания о сексуальной жизни фюрера также возбуждали любопытство Берии. Раттенхубер уверял, что он этим не занимался, но, по ходу вопросов, он пере-бирал то, что он знал о присутствии при фюрере некоторого количества актрис, таких как Дита Парло, Марта Харелль, Ольга Чехова, Марика Рёкк. Для допра-шивающих его точка зрения представляла интерес, дополняя и подтверждая то, что они уже знали о поведении и действиях этих молодых женщин, так как они работали на Москву! Тем не менее, им нужно было удостовериться, что никто из них не играл двойной роли.

В начале 1946 года Раттенхубер был отправлен в Лейпциг, где Абакумов, по советам Мюллера, решил создать немецкую базу на службе советской контрраз-ведки. Сначала для работы внутри советской оккупационной зоны, но посте-пенно все больше и больше направленной на проникновение в немецкую и со-юзническую администрации Западной Германии.

Генерал Рудольф Бамлер контролировал весь процесс из Карлсхорста (до 1951 года). Мюллер и Раттенхубер особо занимались последовательными приорите-тами «немецкого бюро» Абакумова: вначале сортировать научный персонал, полезный для всего диапазона советского вооружения; затем, начиная с осени 1946 года, отбирать или обучать кадры немецкой полиции и администрации ГДР; в то же самое время ставить на ноги восточногерманскую службу разведки и контрразведки, которая, между прочим, должна была послужить моделью для аналогичных спецслужб, которые Москва организовывала в странах, ставших ее сателлитами. И, наконец, обучать агентов, которые готовились для заброски в Западную Германию: как мнимые беглецы из советских лагерей, фальшивые перебежчики, маленькие люди, не зарегистрированные ни в каких архивах и способные поступить на службу и делать карьеру в западногерманских учреждениях.

В чешских провинциях были созданы секретные учебные центры, подчиненные одновременно Раттенхуберу и Мюллеру.

Например, в Хомутове, Карловых Варах, Хебе, Марианске-Лазне. Автор отыскал и определил их назначение в 1946 году, не подозревая, что все их тогда кон-тролировал Гестапо-Мюллер. Какими бы ни были его ошибки в деталях, умыш-ленные или нет, именно Вильгельм Шмитц в своих донесениях в марте 1950 года сообщил американской контрразведке о существовании этого аппарата.

18.3. Первые агенты отправляются на Запад

Один из отчетов Шмитца и «Грюнвальда», датированный 8 марта и дополнен-ный 10 марта 1950 года, всего около шести страниц с простой разрядкой между строк, иллюстрирует советско-немецкую работу в ту эпоху, когда весь мир на Западе думал, будто Раттенхубер прозябает где-то в сибирском лагере.

В нем сообщалось о контактах бывшего высокопоставленного чиновника Глав-ного управления имперской безопасности Альфреда Петера Мартина, который для Мюллера — названного по имени, но обозначенного как житель Праги — установил контакты в западной зоне Германии, в частности, в Берхтесгадене и в Линце в Австрии, с тремя другими людьми, чтобы «подключить» их к Раттен-хуберу.

Двойной агент «Грюнвальд» называет в Берхтесгадене имя бывшего государственного советника немецкой уголовной полиции доктора Фогеля в качестве одного из связников между Мартином и Мюллером, и бывшего генерала СС Вальтера Штаудингера, который тогда жил в Мюнхене. Этот последний 4 марта 1950 года якобы вступил в контакт с сыном Гестапо-Мюллера, Райнхардом, ро-дившимся в 1927 года, следовательно, сейчас уже в возрасте 23 лет.