Читаем Досье Дрездена полностью

— Так, так, так, — сказал он. — Слухи о твоей смерти, и так далее.

Я пожал плечами:

— Уверен, что это не столь уж редкая игра для чародеев.

Что-то новое сверкнуло в его глазу — весёлая мысль, исчезнувшая прежде, чем я смог понять её.

— Тех, кто пытался такое провернуть, много меньше, чем ты бы мог подумать, — сказал он.

— Я не пытался. Это просто случилось.

Ваддерунг лениво потянулся за чашкой кофе. Сделал глоток, не сводя с меня взгляда. И слегка наклонившись вперед, медленно произнёс:

— Ничего, столь значительного, не происходит само по себе, Дрезден.

Я покосился на него. Пожал плечами. Затем окликнул:

— Maк, можно мне пива?

Мак отошёл на приличное расстояние вглубь бара. Он взглянул на меня, а потом на медленно тикающие часы на стене.

— У меня целую жизнь не было выпивки, — сказал я ему. — Если я подсяду на послеобеденный чай с шоколадными орешками из-за этого, можешь записать меня в Любительский Спортивный Союз мальчиков-баскетболистов.

Maк фыркнул. Затем выставил для меня бутылку эля его собственной мини-пивоварни. Это настоящий нектар и амброзия, вместе взятые. Он открыл её и протянул мне бутылку (так как знал, что я редко пью пиво из бокала), и я признательно склонил её в его сторону прежде, чем отпить.

— Не рановато? — спросил Ваддерунг.

— Да я отсюда могу унюхать запах виски в вашем кофе, — сказал я и поднял свою бутылку.

Он улыбнулся, поднял чашку кофе в подобии салюта и сделал большой глоток, пока я наслаждался очередной порцией эля. Затем мы оба отставили напитки.

— Чего ты хочешь? — спросил Ваддерунг.

— Совет, — сказал я. — Если цена подойдёт.

— И какой, по-твоему, должна быть подходящая цена?

— Люси берёт пятак.

— Ах, — вздохнул Ваддерунг. — Но Люси психиатр. Ты понимаешь, что только что выставил себя в роли Чарли Брауна.

— Туше, — признал я.

Ваддерунг усмехнулся:

— Тебе пришлось одиноко там, где бы это «там» ни было, как я погляжу.

— С чего вы так решили?

— Стёб. Пустой трёп. Ненужные спутники. Многие бы сказали, что сейчас самое время для быстрых, решительных действий. Но ты потратил это драгоценное время, восстанавливая прежние связи, — он склонил немного голову. — Поэтому, если у тебя возникла такая непреодолимая потребность, я могу логически предположить, что в последнее время ты был лишён подобных компаний. Достаточно ли разумным тебе кажется это рассуждение?

— Арктис-Тор не лучшее место для отдыха, — признал я.

— Неужели? А для чего же лучшее?

Я сузил глаза:

— Погодите. Вы решили поиграть в психиатра?

Он отхлебнул кофе:

— Почему ты решил задать такой вопрос?

— Потому что вы продолжаете задавать вопросы. Запишем эту шутку на ваш счёт, Люси. Но пятака у меня нет, — я перевёл взгляд на свою бутылку. — У меня есть время для подначек. Но не для игр.

Ваддерунг поставил кофе на стол и развёл руками:

— Бесплатно я не работаю.

— Да я за всю свою жизнь не заработал столько денег, чтобы хватило вам на гонорар, — ответил я. — Но вам ведь не нужно ещё больше денег.

Он ждал.

— Я буду вам должен, — сказал я.

Это, казалось, чертовски его позабавило. В уголках его глаз появилась сеть морщинок.

— Учитывая твой огромный талант наживать себе врагов, надеюсь, ты понимаешь, что я не считаю твоё предложение ценным в долговременной перспективе.

Я улыбнулся и отхлебнул пива:

— Но оно стоит нескольких минут вашего времени… или вы вообще бы сюда не пришли.

Это заставило его блеснуть весёлой улыбкой:

— Я согласен на гонорар в виде одной услуги… и одного пятака.

— Я же сказал. Нет у меня пятака.

Он серьёзно кивнул:

— А что у тебя есть?

Я порылся в карманах и нашел запонки с драгоценными камнями, которые остались от смокинга. Я показал их ему.

— Это не пятак, они даже не из никеля, — рассудительно ответил он. Он снова подался вперёд и вкрадчиво повторил:

— Что у тебя есть?

Секунду я тупо пялился на него, потом сказал:

— Друзья.

Он откинулся назад, его голубой глаз сверкал так ярко, что чуть ли не искрился.

— Томас, — позвал я, — мне нужен пятак.

— Что? — спросил Томас. — Наличными?

— Да.

Томас выудил из кармана пачку пластиковых карточек. Он развернул их веером и показал мне:

— Не подойдёт?

— Это не пятаки, — сказал я.

— О, да ради всего святого! — ахнула Молли. Она полезла в карман и выудила из него нечто, похожее на старый дамский кошелёк. А потом щелчком бросила мне пятак.

Я поймал его:

— Спасибо. Повышаю тебя до лакея.

Она закатила глаза:

— Слава тебе, тиран.

Я подтолкнул монетку, и она проскользила по барной стойке прямо к Ваддерунгу:

— Вот.

— Ну что ж, поговорим, — изрёк он, кивнув в мою сторону.

— Хорошо, — сказал я. — Ммм. Речь идёт о времени.

— Нет, речь пойдёт о твоём острове, — заявил он.

Я настороженно посмотрел на него:

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, — произнёс он, — только то, что я знаю о твоём острове: что под ним, что он делает, даже откуда он взялся.

— Ну… Эммм… — смог выговорить я.

— Мне известно, как важно, чтобы за островом был надёжный присмотр. И большинство из людей, что подоспели тебе на подмогу в Мексике, знают это.