Читаем Дорогие девушки полностью

— Может, ты оторвешься от телевизора и пообщаешься со мной? — с напускной обидой произнес он. — Я уже пять минут пытаюсь привлечь твое внимание.

— Подожди. Дай я дослушаю!

Марина потянулась за пультом, но Родион отвел руку.

— Перестань дурачиться! — сердито воскликнула Марина. — Включи звук!

— А что мне за это будет? — игриво поинтересовался Родион.

— Все, что захочешь, но включи звук!

— Будет исполнено, моя госпожа. — Родион нажал на кнопку пульта, и телевизор снова забормотал.

— А теперь к другими криминальным новостям. Банда сатанистов, устраивающая шабаши на кладбищах…

— Ну, вот, — с досадой проговорила Марина. — Из-за тебя все прослушала. Теперь встречусь с маньяком и даже его не узнаю.

— Не бойся, милая. Я не подпущу к тебе маньяка. А если он все-таки приблизится, хорошенько надаю ему по шее.

Марина посмотрела на Родиона, подозрительно прищурив глаза.

— А что, если маньяк — это ты? — спросила она вдруг. — Ты обаятелен, и я сама к тебе пришла. Ты очень сильный и у тебя есть машина.

— А еще у меня есть огромный нож, — поддакнул Родион. — В основном, я режу им хлеб, но если мне попадаются аппетитные пухленькие девушки, то…

— Фу! — поморщилась Марина. — Никакой ты не маньяк. Среди его жертв не было пухленьких девушек. Все жертвы стройные.

— Правда? У него хороший вкус. Прости за каламбур.

Марина снова поморщилась.

— Не говорит так. Мне не нравится.

— Прости, милая, — необычайно серьезно проговорил Родион и нежно поцеловал Марину в плечо. — Допивай вино и продолжим. Я сгораю от нетерпения.

— У тебя просто звериный темперамент!

— Конечно! Я ведь художник.

— Художник? Кажется, раньше ты говорил, что ты инженер-конструктор.

— С девяти утра до шести вечера я инженер, — подтвердил Родион. — А после этого — художник.

— Так это твое хобби?

— Нет, милая, это моя жизнь. Вот погоди, я еще напишу твой портрет. Ты будешь Венерой Московской!

— Звучит неплохо. Кстати, я допила вино… Только, пожалуйста, будь со мной нежнее.

7

Утро было солнечным и теплым. Марина вышла из душа, кутаясь в махровый халат Родиона. Он как раз разливал кофе по чашкам.

— А есть что-нибудь к кофе? — поинтересовалась Марина.

— Увы, кроме пиццы, ничего.

Марина поцеловала Родиона и жалобно проговорила:

— Я умираю с голоду. Давай зайдем куда-нибудь и перекусим.

— Хочешь, сходим в «Макдоналдс»?

Ресницы Марины дрогнули.

— А он еще работает? — восторженно спросила она. — И в нем до сих пор продают гамбургеры?

— Ты удивишься, но да.

— Так что же мы стоим? Пошли скорее!

В «Макдоналдсе» на Пушкинской царила обычная предвечерняя толчея. За кассами стояли девушки и парни и периодически вздергивали руки со словами: «Свободная касса!» За столами сидели почтенные семейства — мамы, папы, дети, пили кофе с чизбургерами командированные, жевали пирожки с вишневым джемом туристы, глотали литрами кока-колу подростки.

Пока Марина дожидалась Родиона, она с любопытством разглядывала всю эту публику. А Родион, стоя в маленькой очереди у кассы, все время поглядывал на нее. В его глазах застыло удивление, на губах играла смутная улыбка. Ему все больше нравилась эта девушка — странная, как инопланетянка, и непосредственная, как ребенок.

Наконец, Родион подошел к столику и поставил перед Мариной поднос с покупками.

— Гамбургер, — с придыханием проговорила Марина, вдыхая запах гамбургера. Затем схватила его двумя руками и откусила кусок. Прикрыла от наслаждения глаза и улыбнулась. — М-м… Вкус из юности. Боже, как я обожала гамбургеры!

— Что тебе мешает обожать его сейчас?

Марина посмотрела на него с укором.

— Ты с ума сошел! Они ведь жутко калорийные! Я уже не говорю о том, из какого мусора их делают.

— Но тебе нравится, — напомнил Родион.

— Ну и что? Знаешь, как сказала одна умная женщина? «Все, что мне нравится, либо вредно для здоровья, либо от этого полнеют».

— Точно подмечено! — засмеялся Родион.

Марина покачала пальцем на сверток:

— А это что?

— Пирожок.

— А вот это?

— Мороженое.

Марина посмотрела на яства с сожалением и вздохнула.

— Если я все это съем, я поправлюсь килограмм на пять. Или просто лопну от обжорства.

— Но перед этим ты вволю наешься, — сказал Родион. — Возможно, это того стоит!

— Ты прав. Один раз можно, — сказала Марина и в последующие десять минут лихо расправилась и с гамбургером, и с пирожком, и с мороженым.

— Марина, я отлучусь минут на десять, — сказал вдруг Родион. — Ты меня дождешься?

— А куда ж я денусь, — усмехнулась Марина. — Тем более что у меня еще есть молочный коктейль.

Родион поднялся из-за стола и быстрым шагом направился к выходу. Марина проследила за ним взглядом и удивленно хмыкнула. «Куда это он, интересно, направился? Явно не в туалет. Может, ему сделалось дурно от моего обжорства и он решил глотнуть свежего воздуха?»

Но у Марины еще был молочный коктейль, и она решила не забивать себе голову загадками. «Ровно через десять минут я отсюда уйду, — решила она. — Не успеет — сам виноват».

Однако Родион успел.

Он прошел через зал и сел за стол.

— Вижу, с молочным коктейлем уже покончено, — с улыбкой сказал Родион.

— Давно уже. Сижу тут только из-за тебя.