Читаем Дорога полностью

Ей было суждено не умереть, а жить.И в перевязочной не проронила звука.Но лоб испариной ей увлажнила мука,Она просила губы освежить.«Жить буду!» — вдруг сказала. СорвалаПовязку с глаз и сестрам улыбнулась.Тогда старуха, что над ней нагнулась,Как тень от изголовья отплыла,Не в силах подкосить летящего крыла.

Возвращение

Ждет у моря израненный город,Мне к его изголовью пора.Распахнула у шубы мне ворот,Тайно крестит меня сестра.И, подхвачена бурей железной,Отрываюсь легко от землиИ лечу над привычною безднойВ полыханье заката вдали.Как и надо для летной погоды,Ветер сух, но все крепче, острей, —Встречный, с запада, веющий йодом,Ветер Балтики, ветер морей.И уже узнаю сквозь туманы,В серебристых разливах воды,Город, славой венчающий раны,Город преодоленной беды.Протянувший каналы, как струны,Вдоль решеток дворцов и садов,Самый мужественный, самый юный,Самый верный среди городов!

Весна 1943 года

Наперекор событиям — живуИ радуюсь апрельской непогоде.Гляжу с моста на бурную Неву —Свистит и суетится пароходик,И манит к странствиям весенняя вода,И дует ветер корабельный.А плыть куда? В какие города?Когда доплыть нельзя нам и до Стрельны.Блокада! Вот оно, проклятое кольцо,Невы свободной тяжкое удушье,И запах гари с берега, в лицо,И облаков весенних равнодушье.Нет! Мимо, мимо пролетай, апрель!Еще ты мне не сверстник, не попутчик.Закалена и выстрадана цель,Мне от нее не отвлекаться лучше!

«В три дня с ледоходом управиться…»

В три дня с ледоходом управитьсяУспела Нева-красавица,И я видеть с моста могла,Как по самой по серединке,На последней, на ладожской льдинкеНемецкая каска плыла.А над каскою чайка кружила,Словно вражий трофей сторожила,Покуда не скрылся из глаз.Был закат цвета крови и меди,И о новой, о крымской победеИзвещали по радио нас.

«Блокады прорвав удушье…»

Блокады прорвав удушье,В город ветер ворвался с кочевья.Неужели весна? Черной тушьюНарисованы в небе деревья.А мосты над Невой — как радуги.Под мостами — крикливые стайки:Подгоняют льдину из Ладоги,Суетятся балтийские чайки.Про победы летит с берегов рекиГромкий радиоразговор.И, почуяв тепло, дистрофикиВыползают из зимних нор.Неужели весна? Все та же,Что сводила когда-то с ума?Что без зова приходит на стражуИ без спроса уходит сама?

Тишина

Перейти на страницу:

Похожие книги

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Рождественский , Роберт Иванович Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия