Читаем Допинг на троих полностью

– Один момент...

– Что? – он тут же вышел из состояния задумчивости.

– Полагаю, для вас это непринципиально. Если это возможно, разрешите мне самому выбрать попутчика.

Путилин пожал плечами и сказал:

– Пожалуйста. А с кем вы хотите поехать?

– Я хочу предложить это бывшему мужу Натальи. Он заинтересованное лицо и может быть полезен.

Путилин посмотрел на меня пристальным взглядом и сказал:

– Ну хорошо. Но следите за тем, чтобы он не наделал глупостей. Вы отвечаете за него.

– О’кей, – сказал я и бодро поднялся.

– Договаривайтесь с вашим попутчиком, а я, как только решу все формальные вопросы, связанные с поездкой, сразу же свяжусь с вами.

«Боинг-747» авиакомпании «Люфтганза» оторвался от взлетно-посадочной полосы аэропорта Шереметьево и взял курс на Франкфурт. Я вынул из дорожной сумки две банки джина с тоником и предложил одну из них Анатолию Костенко, который, отвернувшись от меня, хмуро смотрел в иллюминатор. Прервав свои мысли, Анатолий посмотрел на банку и отрицательно покачал головой. Я спрятал его банку в сумку и, отхлебнув из своей, закрыл глаза.

Путилин, как всегда, продемонстрировал свой талант организатора. Ему хватило недели для того, чтобы устроить нам гостевую визу в Германию. К счастью, у Анатолия был загранпаспорт – когда-то он собирался уезжать на заработки за границу, но так и не решился этого сделать. И вот мы вдвоем с ним уже летим в Германию.

Когда вопрос о моем отлете был решен и вечером того же дня я пришел к Анатолию с предложением составить мне компанию, он почти не колебался. Не знаю, что им двигало больше: то ли страсть к новым приключениям, то ли желание отыскать свою бывшую супругу, подогреваемое скрытой виной перед ней или еще каким-то чувством. Я решил об этом не гадать.

Перед отлетом Путилин дал мне телефон и адрес своего старого знакомого, работавшего в представительстве российской торгово-промышленной палаты в Германии. Он не стал распространяться о том, кто этот человек и ради чего будет помогать мне, но заявил, что тот сделает все возможное, что в его силах.

Полет продолжался чуть более двух часов, за которые я успел пообедать и вздремнуть. Я уговорил вторую банку джина с тоником и благополучно приземлился во франкфуртском международном аэропорту. Таможенный контроль мы прошли без особых проблем, и, выйдя из здания, я попросил Анатолия поймать такси и отвезти нас в какую-нибудь недорогую гостиницу. Перед вылетом я с удовлетворением узнал, что Анатолий изучал немецкий. Выяснилось, что его знания оказались достаточными для того, чтобы таксист понял, куда надо ехать.

Через двадцать минут езды мы остановились у трехэтажного здания, на котором было написано «Hotel „Freischutzer“. Войдя в гостиницу, мы подошли к портье, и Анатолий на ломаном немецком объяснил, что нам нужен номер на двоих. Пожилой мужчина с двойным подбородком и редкими седыми волосами внимательно и в то же время несколько скептически поглядел на нас и взял приличную сумму за десять дней вперед. Он дал нам ключ и жестом подозвал стоявшего у лестницы юношу в форменной одежде. Тот подхватил наши сумки и кивком показал, чтобы мы следовали за ним. Поднявшись на третий этаж, он остановился у комнаты с номером 315 и занес туда наши вещи.

Анатолий осмотрел апартаменты и с удовлетворением отметил, что в номере есть телефон.

– Ну что, давайте сразу позвоним этому человеку, – предложил он.

Я посмотрел на часы – время было пять вечера. Я вынул записную книжку и, подняв трубку, набрал номер в Кельне. Трубку сразу же сняли, и женский вежливый голос произнес:

– Гутен таг.

Я протянул трубку Анатолию и написал на листке бумаги фамилию: Быстряков Сергей Дмитриевич.

Костенко как мог объяснил даме, что он хочет, и представился моим именем и фамилией. Через несколько секунд он протянул мне трубку.

– Алле. Как долетели, Владимир Александрович? – раздался мужской голос.

– Спасибо, хорошо.

– Где вы остановились?

– В гостинице «Вольный стрелок» на Обер-штрассе.

– Понял. Давайте встретимся через два часа в кафе на углу Оберштрассе и Блюменштрассе. Я подъеду. Меня можно узнать по следующим приметам: я высокий, в сером летнем костюме, в руках у меня будет коричневый «дипломат».

– Хорошо, – сказал я и положил трубку.

– Черт, как в фильме про шпионов, – прокомментировал Анатолий мое сообщение.

– В этом нет ничего удивительного. Он официальное лицо, выполняющее для нас неофициальное поручение. Вряд ли он захочет это особо афишировать – у него ведь тоже есть начальство.

Через час мы, оставив вещи в номере, вышли на улицу. Судя по карте Франкфурта, купленной нами в аэропорту, угол Блюменштрассе находился в двадцати минутах ходьбы от гостиницы, и мы решили прогуляться пешком. Войдя в кафе, встречу в котором назначил Быстряков, мы уселись за столик у окна и заказали пиво с сосисками. Молодая девушка-официантка записала заказ и, сухо улыбнувшись, отправилась выполнять. Однако сухость не повлияла на скорость выполнения заказа, и вскоре мы уже наворачивали сосиски, запивая их пивом из больших хрустальных кружек.