Читаем Донал Грант полностью

— Это только возбудит подозрения, — ответила она, — потому что тогда придётся запирать обе двери, и в гостиную, и в спальню. Лучше давайте снова задвинем нишу шкафом, когда сами в неё пройдём.

— Вы правы, миледи. Возьмите, пожалуйста, с собой спички.

— Конечно. Вот они.

— Тогда я пойду впереди, а вы сзади со свечой, чтобы руки у меня оставались свободными. Только постарайтесь держать свечку повыше, чтобы мне тоже было немного видно, куда я иду. Правда, я всё равно собираюсь главным образом полагаться на руки и ноги.

Арктура согласно кивнула. Приключение началось.

Глава 56

Потерянная комната

Для начала Донал взял у Арктуры свечу и осторожно заглянул внутрь тёмного отверстия. За ним была ещё одна стена, вдоль которой был проход, сворачивающий налево. Передав Арктуре свечу, Донал двинулся вперёд.

Арктура следовала за ним по пятам. Оказалось, что в толстой стене прорублена крутая лестница, ведущая прямо вниз, но идти по ней рядом вдвоём было невозможно.

— Положите руку мне на плечо, миледи, — сказал Донал. — Нам нужно держаться вместе. Если я вдруг упаду, стойте на месте и не двигайтесь.

Она послушалась, и они начали спускаться. Ступени были узкими и высокими, и поэтому спуск оказался весьма крутым. Пройдя ступенек тридцать — тридцать пять, они вышли в ещё один проход, который всё время заворачивал налево под прямыми углами. Он был раза в два шире лестницы, и стены его были сложены из больших, грубо обтёсанных камней, на которых не было ни единого следа извести. Проход подвёл их к массивной дубовой двери. Дверь оказалась заперта, и они увидели, что с другой стороны в ржавом замке торчит ключ.

Справа была ещё одна дверь, поменьше. Она была распахнута настежь. Они вошли в неё и, пройдя по маленькому коридорчику, вошли в место побольше.

Им даже показалось, что перед ними вообще нет стены, и несколько секунд они не решались двинуться с места, боясь упасть в невидимую пропасть. Но подняв свечку повыше и оглядевшись в её тусклом свете, они увидели, что стоят в небольшой галерее. С одной стороны она обрамлялась арками, выходящими в какое — то широкое, открытое пространство. Что это было за место, они пока не могли себе представить и знали только, что оно простирается выше и глубже того уровня, на котором они оказались. С другой стороны галереи они нащупали обыкновенную глухую стену. До сих пор они изредка переговаривались благоговейным полушёпотом, но теперь замолчали, напряжённо пытаясь разглядеть, что же кроется в непроницаемой тьме, раскинувшейся за арками галереи.

— Слышите, миледи? — прошептал Донал.

Прямо над их головами раздался знакомый мелодичный всхлип призрачной музыки, переливающийся чудными звуками, еле слышный, но всё такой же неземной. И вот что удивительно: былой страх куда — то исчез, и Арктуре показалось, что, пробравшись через запутанные, тайные ходы в тёмные и жуткие глубины земли, музыка принесла им весть о спокойной прохладной ночи и остро мерцающих звёздах из просторов настолько необъятных, что подчас они кажутся самой страшной тюрьмой на свете. Призрачные аккорды придали ей смелости, и она почувствовала прилив сил.

— Наверное, так звучали песни ангелов, когда они приходили к древним возвещать небесную радость, — мечтательно произнесла она.

Мысли Донала были не столь возвышенными. Он как раз раздумывал о материальной стороне дела.

— Наверное, мы сейчас недалеко от того места, куда спустилась наша гиря, — сказал он. — Давайте пройдём немного дальше.

И точно. Через несколько минут они наткнулись на верёвку с привязанным к ней грузом. В дальнем конце галереи обнаружился выход на новую лестницу.

Они снова зашагали вниз. Арктура держалась вполне храбро. Воздух был не таким затхлым, как они боялись, но было очень холодно и сыро. Лестница оказалась недлинной, и вскоре они вышли на площадку с ещё одной дверью.

Донал приподнял ржавую щеколду и попробовал дверь плечом. Она распахнулась, сорвавшись с петли от неожиданного толчка. За нею было ещё две ступеньки. Донал и Арктура осторожно спустились и вступили на широкий каменный пол.

Сначала Донал подумал, что они попали в подземный погреб или темницу, но тут же сообразил, что они не успели спуститься так низко. Во влажном воздухе свеча горела совсем слабо, и в её свете невозможно было разглядеть, что простирается вокруг. Донал опустил глаза на пол и в мерцающем круге света увидел белые и черные мраморные квадраты, покрытые толстым слоем пыли. Оглянувшись, он заметил неподалёку на стене что — то белое, похожее на каменную или мраморную доску, а с другой стороны возвышалось нечто вроде алтаря или гробницы.

— Так это же старая часовня замка! — приглушённо воскликнул он. — Только что это такое? — почти мгновенно добавил он, невольно изменив голос, потому что по всему его телу пробежала внезапная дрожь.

Арктура повернулась, в темноте нащупала его ладонь и судорожно её сжала.

Перейти на страницу:

Все книги серии Поэт и бедняк

Сэр Гибби
Сэр Гибби

Роман замечательного шотландского писателя, поэта Джорджа Макдональда (1824–1905), рассказывающий о жизни маленького немого беспризорника сэра Гибби Гэлбрайта. Светлое, трогательное повествование о дружбе, вере, послушании, чистоте, самоотверженности, подлинном благородстве, поэзии и любви к Богу и ближнему.Трудно найти другую книгу на английском языке, которая так же ясно, с такой же силой воображения описывала бы скрытое величие и героизм повседневной земной жизни, как «Сэр Гибби». Любую вещь можно потрогать, взвесить, сфотографировать, но мысль, пробудившую ее к жизни, можно показать лишь с помощью поэзии. И хотя эту историю мог рассказать только поэт, речь в ней идет о самых обыкновенных людях. Герои этого романа — самые обычные люди, в том смысле, что они живут своей незаурядной или обыденной жизнью и предаются светлым или мрачным размышлениям, сидя на голой вершине горы или опираясь на резную церковную кафедру, только потому, что обладают теми свойствами тела и души, что присущи всем людям без исключения.

Джордж Макдональд

Классическая проза

Похожие книги

Вор
Вор

Леонид Леонов — один из выдающихся русских писателей, действительный член Академии паук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Романы «Соть», «Скутаревский», «Русский лес», «Дорога на океан» вошли в золотой фонд русской литературы. Роман «Вор» написан в 1927 году, в новой редакции Л. Леонона роман появился в 1959 году. В психологическом романе «Вор», воссоздана атмосфера нэпа, облик московской окраины 20-х годов, показан быт мещанства, уголовников, циркачей. Повествуя о судьбе бывшего красного командира Дмитрия Векшина, писатель ставит многие важные проблемы пореволюционной русской жизни.

Леонид Максимович Леонов , Виктор Александрович Потиевский , Меган Уэйлин Тернер , Яна Егорова , Роннат , Михаил Васильев

Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Фантастика / Романы
Радуга в небе
Радуга в небе

Произведения выдающегося английского писателя Дэвида Герберта Лоуренса — романы, повести, путевые очерки и эссе — составляют неотъемлемую часть литературы XX века. В настоящее собрание сочинений включены как всемирно известные романы, так и издающиеся впервые на русском языке. В четвертый том вошел роман «Радуга в небе», который публикуется в новом переводе. Осознать степень подлинного новаторства «Радуги» соотечественникам Д. Г. Лоуренса довелось лишь спустя десятилетия. Упорное неприятие романа британской критикой смог поколебать лишь Фрэнк Реймонд Ливис, напечатавший в середине века ряд содержательных статей о «Радуге» на страницах литературного журнала «Скрутини»; позднее это произведение заняло видное место в его монографии «Д. Г. Лоуренс-романист». На рубеже 1900-х по обе стороны Атлантики происходит знаменательная переоценка романа; в 1970−1980-е годы «Радугу», наряду с ее тематическим продолжением — романом «Влюбленные женщины», единодушно признают шедевром лоуренсовской прозы.

Дэвид Герберт Лоуренс

Проза / Классическая проза
Центр
Центр

Вызывающее сейчас все больший интерес переломное время начала и середины шестидесятых годов — сложный исторический период, на который пришлись юность и первый опыт социальной активности героев этого произведения. Начало и очень быстрое свертывание экономических реформ. Как и почему они тогда захлебнулись? Что сохранили герои в себе из тех идеалов, с которыми входили в жизнь? От каких нравственных ценностей и убеждений зависит их способность принять активное участие в новом этапе развития нашего общества? Исследовать современную духовную ситуацию и проследить ее истоки — вот задачи, которые ставит перед собой автор этого романа.

Дмитрий Владимирович Щербинин , Ольга Демина , Александр Павлович Морозов

Проза / Классическая проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фэнтези / Современная проза