Читаем Донал Грант полностью

— Знаете, почему чаще всего дела всё — таки налаживаются? — спросил Донал. — Я бы даже сказал, что они налаживаются всегда, но такое можно сказать только верой, а не видением.

— По — моему, я чувствую, куда вы клоните, — улыбнулась леди Арктура, — но хочу сначала послушать, что вы сами на это скажете.

— Как ты думаешь, Дейви, почему так часто в конце концов всё выходит хорошо? — спросил Донал.

— Потому что с самого начала всё и было хорошо! — ответил тот.

— Это тоже правда, но есть причина гораздо важнее. Потому что всё вокруг живое, и та жизнь, что обитает в сердце всех творений и не даёт им угаснуть, — это не кто иной, как великий и прекрасный Бог. Потому — то солнце всегда выходит из — за туч. Человек сомневающийся — вроде того, кто написал Книгу Екклесиаста, — скажет, что последнее слово всё равно останется за злом; ведь вслед за дождём непременно находят новые тучи [18].

Но христианин знает, что превозможет Тот, Кто все Свои песни завершает радостью и светом.

— Вы говорите так, как будто вам тоже пришлось пострадать, — задумчиво произнесла Арктура.

— Разве не таков удел каждого живущего на земле?

— Так вот почему вы умеете помогать другим!

— Вы считаете, что умею? Рад это слышать! Будь у меня хоть какое — то стремление в жизни, это было бы, пожалуй, стремление помогать другим. Но если у меня это и получается, то не потому, что я пострадал, а потому что сам принял помощь и утешение.

— А что вы имеете в виду, говоря, что у вас нет никаких стремлений?

— Если человек знает, какое дело ему предназначено, для устремлений и амбиций просто не остаётся места и времени: он должен засучить рукава и приниматься за работу!.. Дайте мне вашу руку, миледи, а другую положите мне на плечо. Вам придётся прыгнуть — вот так! Отлично, теперь вы в безопасности. Вам не страшно?

— Ничуточки. Но неужели вчера вы пробирались здесь в полной темноте?

— Ага. В темноте тоже есть своя прелесть: по крайней мере, не видно, как велика опасность. Порой нам кажется, что все наши трудности — как раз из — за того, что вокруг нас темно, но это не так. Христианин вряд ли осмелился бы пройти Долиной Смертной Тени, не защити его покров беспросветной тьмы [19].

— Но разве тьма может быть для нас защитой? Ведь она несёт в себе зло!

— Да — но лишь та, что живёт в нашем сердце, тьма недоверия и нежелания, а не внешняя тьма обыкновенного человеческого невежества. Там, где мы ничего не видим, можно быть более всего уверенными в Божьей защите. А больше всего мы невежественны и подвергаемся опасности именно в том, что касается Божьей жизни в нас самих, и как раз тут Небесный Отец ни на мгновение не спускает глаз со Своих детей. Что бы с нами стало, если бы Он постоянно не наказывал и не прощал наши грехи?! В своих слабостях мы тоже должны научиться доверять Ему, как и во всём остальном.

Донал так увлёкся, что даже остановился, но теперь снова повернулся и зашагал вперёд.

— А вот и моя примета, — сказал он, показывая на нагромождение дымовых труб. — Как раз здесь я слышал музыку ближе всего. Жаль только, что было так темно и холодно и я ничего больше не смог разобрать. Но сейчас, при свете дня, наверняка что — нибудь да прояснится. К тому же я не один, нас целых трое!

— Какие огромные трубы! — проговорила Арктура.

— И правда! Но ведь какой замок, такие и трубы, хотя отсюда почти не видно, какая невероятная громада у нас под ногами. Правда, миледи, они похожи на вулканы? Посмотришь на них и невольно думаешь: сколько же огня нужно, чтобы согреть всю землю?

— А я думал, землю согревает солнце, — удивился Дейви.

— Да, и солнце, конечно, но не только солнце. Ведь земля — как человек: жаркое пламя у неё внутри — это Бог, кроющийся в её глубинных недрах, а лучистое солнце — это Бог в небесах, согревающий её и с другой стороны. Радость и покой наших сердец, горе от совершённого греха, любовь ко всему живому — это Бог внутри нас; а вся красота природы, приятные люди, уроки жизни в истории, поэзии, Библии и во всём, что вокруг, — это Бог вне нас. Каждый из нас живёт между двумя великими огнями Божьей любви. И пока мы не отдали себя Ему, нам страшно, что Его пламя опалит и сожжёт нас. И оно действительно обжигает, если пойти против него, упрямо не соглашаясь гореть тем же самым огнём, которым извечно пылает Бог. Если мы и дальше будем пытаться погасить его, сопротивляться ему или попросту от него убежать, ожогов и страданий не миновать!

— По — моему, я знаю, о чём вы говорите, мистер Грант! — важно и серьёзно проговорил Дейви. Арктура промолчала.

— А теперь мне надо пойти и посмотреть, что там на другой стороне, — сказал Донал и тут же скрылся за нагромождением труб, а Дейви с Арктурой остались ждать его возвращения. Они посмотрели друг на друга, радуясь тому, что вместе участвуют в столь увлекательном приключении. Под их ногами простиралась широкая равнина и бескрайнее море, над ними раскинулось небо, где солнце уже начало свой долгий путь к дальним горам.