Читаем Дом Волков полностью

Даже если я не произнесла этого вслух, он знал, что я имела в виду. Если Люмос не помешает мне превратиться в зверя, а Анубис направит мои клыки и когти на невинных, им придется меня убить.

– Нур не сможет так поступить с тобой, – прохрипел он.

– Тогда ты должен это сделать. Или Берон.

– Берон тоже не сможет, – сказал Келум.

– Думаю, он бы справился, но даже если что-то помешает ему, выбор все равно падает на тебя, Люмин. Мне нужно, чтобы ты пообещал мне это.

Он покачал головой.

– Как ты можешь просить меня о таком?

– Потому что мне нужен кто-то, кто сдержит свое слово и защитит моего сына, когда меня не будет рядом.

Он впился в меня взглядом своих серебристо-голубых глаз.

– Ты действительно напугана.

Я кивнула.

Келум резко повернул голову в сторону Дома.

– Ох, ох, – пробормотал он.

– Что такое?

– Берон проснулся и ищет тебя.

Раздраженная, я сдавленно застонала, но умолкла, когда поняла, что ушла, ничего не сказав. Волк имел полное право искать меня, чтобы уберечь свою стаю от монстра, которого сам же впустил в свое жилище.

Мы с Келумом направились к Дому.

– Я говорю ему, что ты со мной, и все в порядке.

Учитывая ссору прошлой ночью, в которой Берон вспомнил о моем интересе к Келуму, я сомневалась, что он оценит нашу совместную прогулку. Это еще раз подтверждало, что наша «дружба» обречена на провал.

Мы шли по тропам, оставленным копытами и множеством человеческих ног. Приблизившись к дому, мы услышали спор. Мужской голос и женский. Берон и Амарис.

Я остановилась, чтобы послушать, о чем они говорят.

Келум приоткрыл рот и двинулся вперед.

– Вероятно, нам не следует подслушивать.

Я протянула руку, чтобы остановить его.

– Нет, мы очень даже должны это сделать, – поправила я. Я хотела знать, что Волк скажет, когда он не знает, что я слышу его речь или его мысли.

Берон в отчаянии развел руками.

– Между нами никогда ничего не было. Ты мой друг, ты мне как сестра, Амарис. Я не хочу портить это.

Она умоляла его.

– Мы не родственники, и ничто никогда не изменит нашу дружбу.

– Она уже изменилась, – возразил он. – Ты другая. Буквально на грани. Постоянно расстраиваешься из-за меня или из-за нее.

– Ничего подобного, – заверила она, качая головой. Сквозь зеленые иголки я могла видеть яркий цвет ее волос. Я видела Берона, стоящего в напряженной позе, и чувствовала его чистый аромат, витающий в воздухе.

– Послушай, я знаю, что она тебе нравится. Ты сказал мне об этом в сумеречных землях, но также ты добавил, что это притяжение, как упрямый огонь, который нужно потушить. Я знаю, что она тебе небезразлична. Иначе ты бы не стал ее спасать. Но ты ее не любишь.

Берон говорил с Амарис обо мне, когда мы были в сумеречных землях?

– Что ты знаешь о любви? – прохрипел он и скрестил руки на груди, создавая барьер из мышц и плоти, чтобы прикрыть свое сердце.

– Ответь мне на один вопрос, – бросила она вызов. – В подобной ситуации стала бы Ситали спасать тебя? Если бы она услышала твой зов о помощи, пошла бы она прямо к Сол, умоляла бы ее сделать что угодно, поставила бы твою жизнь на первое место?

От злости желваки заходили на челюсти Берона.

– Она не Атон, а значит, не имеет связи с богиней солнца, – слабо возразил он.

– Но если бы у нее была подобная возможность… – уточнила Амарис. – Если бы она могла поговорить с Сол, сделала бы она это? И даже если бы ей не удалось, вопрос – стала бы она пытаться?

Берон молчал. Я не могла поверить, что он не кричал ей в лицо: «Конечно, она бы попыталась!»

– Берон, если ты не можешь немедленно ответить «да», тогда она не заслуживает даже крупицы твоего внимания. И уж тем более твоего сердца. – Голос Амарис дрогнул. – Если ты избавишь мир от Анубиса, сможешь попросить Люмоса освободить тебя от ее власти.

О чем она говорит? У меня нет над ним никакой власти…

Я едва могла дышать, едва сдерживала ярость, боль и смятение, которые бурлили во мне. Вдруг я осознала, что даже не знаю, мои ли это эмоции или Берона. Или мы чувствовали одно и то же, наши эмоции накапливались и сливались воедино.

– Она не заинтересована во мне, – сказал он. – Но я пытаюсь объяснить, что и я не заинтересован в тебе подобным образом.

Амарис покачала головой.

– Если Люмос разорвет парную связь, твои чувства могут измениться. – Она коснулась его руки, отрывая ее от груди Берона и проводя пальцами по его обнаженной коже. Он закрыл глаза, но не отстранился.

Парная связь.

Эти слова пронеслись в моей голове, но волна гнева, которую я почувствовала, хлынула, как бурлящая река, что с корнем вырывает деревья в спокойной долине. Я сорвалась с места, вышла из леса, не в силах видеть ничего, кроме руки Амарис на его коже.

Взглядом она умоляла заметить, выбрать ее.

– Ситали, – предупредил Келум, мягко схватив меня за руку.

Я вырвалась.

– Не прикасайся ко мне, – прорычала я.

– Подожди, – снова попытался Люмин.