Читаем Дом Волков полностью

После того как он исчез, я подошла к берегу и села на темный песок. Я молча наблюдала, как неподвижная вода сияет, как обсидиан, отражая пустое, темное небо. Анубис в образе Мерика появился некоторое время спустя. Не говоря ни слова, он устроился рядом со мной.

– Когда ты перестанешь проверять, верна ли я тебе?

Он улыбнулся.

– Когда ты поняла, что это иллюзия?

– Когда пошла по его следам до этого берега. Здесь они обрываются, но никакой лодки не видно, – заявила я, не желая, чтобы он знал, что я заметила тени.

Бог мертвых молчал, осознавая, что попался. Он не ожидал, что я последую за Бероном.

Хорошо…

– Думаешь, я поверю, что твоя реакция на его появление была настоящей? – плавно пошел в атаку Анубис.

Мои глаза вызывающе сверкнули.

– Думаешь, я поверю, что ты хочешь поделиться со мной властью, когда ни капельки мне не доверяешь?

Он отвел взгляд на неподвижное море, в котором не было ничего интересного. Ни рыбы, ни угрей, ни крокодилов. Никакой жизни.

Наконец Анубис ответил:

– Я бы с удовольствием разделил с тобой власть, если бы лучше знал твое сердце.

Я повернулась к нему, поправляя платье так, чтобы мои ноги были прикрыты.

– Если у тебя есть вопросы, спроси прямо. Есть только один способ понять мое сердце – лучше узнать меня, а не создавать иллюзии.

– Ты можешь солгать, если я спрошу, – ответил Анубис.

– Тогда мы равны.

– Ты любишь Волка, Ситали? – Он без труда превратился из Мерика в точную копию Берона и внимательно наблюдал за моей реакцией. – Ему принадлежит твое сердце?

Из всех вещей, о которых этот бог мог узнать от меня, он решил спросить именно о моем сердце. Принадлежало ли оно когда-то Мерику? Да. Тосковало ли оно теперь по Берону? Определенно так и было. Но существовала другая любовь, которая превосходила эти романтические муки: любовь матери к своему сыну. Не было человека, ради которого я бы забыла Рейана.

Я тяжело вздохнула.

– Я благодарна ему за то, что он спас меня. Как я уже сказала, Берон – мой друг. Не понимаю, почему для тебя так важно, кого я люблю.

Анубис зачерпнул темный песок в кулак и позволил ему упасть в небольшую кучку перед собой.

– Потому что мне интересно, сможешь ли ты однажды полюбить меня.

Бог смерти жаждал любви?

– Если однажды ты решишь, что можешь доверять мне, тогда… может быть. Но я знаю, что не существует любви без доверия, Анубис. – Я тоже зачерпнула пригоршню песка и сделала свою собственную кучку. – Кроме того, не только я должна заслужить твое доверие.

Погруженный в собственные мысли, он хмыкнул. Мы задумчиво сидели на берегу.

Анубис перестал проверять меня при каждом удобном случае. Возможно, для него это стало величайшим испытанием. Заслуживала ли я доверия? Могла ли я доказать это за такой короткий промежуток времени? Он больше не создавал образы Сфинкс или Берона, а остался в шкуре Мерика.

Я спросила, может ли он показать мне свой истинный облик. Он не ответил «да», но задумался над моей просьбой. Это было хорошим началом.

Анубис наколдовал диван, и когда мы присели на него, близко, но не соприкасаясь, он сказал, что в Гелиосе прошло всего несколько часов. У нас было достаточно времени, чтобы провести его вместе, прежде чем снова отправиться в мое королевство и предстать под кровавой луной. Я была одновременно разочарована и взволнована тем, что время в этом месте тянется по-другому. Я отчаянно хотела вернуться домой, но, чтобы осуществить свой план, я должна была сблизиться с Анубисом…

Я попросила его показать мне, как плести иллюзии.

– Зачем тебе это? – напряженно спросил темный бог.

– Если мне суждено жить вечно, я не хочу проводить это время в скуке. Научи меня чему-нибудь маленькому и простому.

– Думаешь, это удовлетворит твое любопытство?

Я улыбнулась и небрежно пожала одним плечом.

– На данный момент. В конце концов, я хочу быть полезной.

Он указал на упавшую пальму.

– Смотри.

Тени от его ладони устремились к стволу и сгруппировались, образовав идеальную зеленую ящерицу. Язык ящерицы высунулся, чтобы схватить жука, бегущего по дереву. Он тоже был наколдован Анубисом, хотя его радужно-розовый панцирь сиял в тусклом свете.

Я не хотела создавать жука или ящерицу. Птица, взлетающая в темное небо, тоже не удовлетворила бы меня. Я подняла ладонь в сторону того же дерева и направила к нему свои тени. Они собрались в черную пантеру с гладкой шерстью. Она поползла вниз по стволу, неотрывно смотря своими зелеными кошачьими глазами на Анубиса. Позади нее из джунглей выскочил шакал, напугав и меня, и мое творение. Пантера зашипела и повернулась в сторону угрозы. Шакал, казалось, ухмыльнулся, обнажив зубы. Я превратила пантеру в Зарину, а Анубис позволил шакалу исчезнуть.

Моя сестра выглядела точно так же, как тогда, когда взбиралась на вершину храма Сол, чтобы умолять о смерти, которую я даровала ей.

«Тогда я оказалась достаточно сильной», – поняла я.

Окрашенные тенью губы Зарины, спутанные волосы и истощенная фигура приближались к Анубису той же неровной, болезненной походкой, с которой она боролась за каждый шаг.