Читаем Дом-Призрак полностью

— Господи, Энни, неужели ты думаешь, что я какой-то каннибал? Самые экзотические блюда, которые я готовлю, — это куриные энчилады.

— Звучит для меня как рай, и не забудь про пудинг. Мне строго-настрого предписано не садиться на диету, пока не заживет голова.

— Разве я стал бы лишать леди десерта? Никогда. Но он будет из коробки.

Он повесил трубку, и она улыбнулась: не все так мрачно.

В следующий час особняк и его призраки были стерты из её памяти, пока она пылесосила, как маньяк. Взяв полотенце из корзины для белья, она быстро вытерла пол и наполнила посудомоечную машину. Довольная, она побежала наверх, чтобы принять душ, по крайней мере, ей не придется тратить целую вечность на прическу. Макияж, с другой стороны, требовал некоторого времени. Сделав все, что было в её силах, она сбрызнула себя «Шанель № 5»: если достаточно хорошо для Мэрилин Монро, то хорошо и для неё. Взглянув на часы, она поняла, что еще успевает спуститься в лес, чтобы открыть ворота, и заодно выгулять Тесс.

***

Он смотрел, как она уходит, забирая с собой собаку. Он не совсем поверил в это, когда она заперла дверь кухни, но сунула ключ под крашеный камень на кухонном подоконнике. Он встал, вытянул руки и ноги, затем вышел из сарая и прислушался, не раздадутся ли шаги или какой-нибудь признак того, что глупая собака все еще где-то рядом: все было тихо. Он подошел к кухонной двери и остановился, не решаясь войти. Может быть, просто быстренько разведать, как устроен дом. Он вытащил из-под камня ключ, вставил его в замок, повернул и нажал на ручку. Дверь открылась, и он вошел.

Глубоко вздохнул. Её духи витали в воздухе, и что бы это ни было, они ей подходили. Шарф, который она носила вчера, был брошен на один из обеденных стульев. Подняв, он поднес его к носу: пахло божественно. Если она так хорошо пахла, то он не мог дождаться, когда сможет приблизиться к ней. Его так и подмывало подняться наверх и спрятаться где-нибудь, может быть, под кроватью. Он начал фантазировать о том, что он мог бы сделать с ней и шарфом, когда звук автомобильного двигателя вдалеке вернул его к реальности, и он запаниковал.

Он быстро вышел из дома, запер дверь и сунул ключ туда, откуда взял, а затем побежал в рощу перед домом, направляясь к дереву с самым толстым стволом. Он старался слиться с деревом, как только мог, не смея пошевелиться. Свет быстро угасал, и лес уже полон темных теней, и если собака не унюхает его, он должен быть в порядке.

Он затаил дыхание, когда в поле зрения появилась машина. Она сидела на пассажирском сиденье черного «БМВ», а за рулем сидел вчерашний мужчина. Гнев начал образовывать тугой узел в его груди, когда он увидел, как она запрокинула голову и рассмеялась над чем-то, сказанным водителем. Костяшки его пальцев сжались в крепкие белые кулаки. Дрожа, он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы не броситься туда и не убить их обоих: он знал, что способен на это. Он посмотрел вниз и увидел её шарф, крепко зажатый в кулаке. Поднеся его к носу, он еще раз понюхал – смакуя запах – и обернул его вокруг шеи. Он подождал, пока они войдут в дом, и побежал обратно по главной дорожке. Вытащил из кармана поводок на случай, если его кто-нибудь увидит.

Глава 13

Когда они вошли в дом, Энни остановилась, почувствовав, что что-то не так, но она не могла понять, что именно. Её внимание переключилось на Уилла, который вытряхивал содержимое своего пакета на стол. Походило на какую-то странную сцену из кулинарной программы, которую она обычно смотрела днем по телевизору до того, как поступила в полицию. Она почти ожидала, что в любую секунду войдет Эйнсли Харриот³.

Первый раз в жизни мужчина предложил приготовить для неё ужин. Майк был настолько бестолковый и ленивый в кухонных делах, что ей приходилось заваривать ему чай и оставлять его в микроволновке, когда она работала в вечерней смене. Она могла бы привыкнуть к чужой заботе. Открыв холодильник, она достала бутылку своего любимого розе.

— У меня есть розе, или могу сходить в тайник моего брата в сарае и взять хорошую бутылку красного.

— Попробую бокал той розовой девчачьей штуки, которую ты называешь вином. Я заметил, что у тебя их много.

Она улыбнулась, открыла бутылку и разлила вино в два больших бокала.

— Ты действительно нахал. Тебе кто-нибудь говорил об этом, кроме меня?

Уилл повернулся к ней лицом, и его улыбка добралась до васильковых глаз, сверкнувших на свету. Энни изо всех сил старалась не вздыхать: это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она сейчас в своем любимом месте в мире, с великолепным мужчиной, который мог готовить и даже пить то же вино, что и она.

— Хочешь нарезать салат?

И вот так её мечта разбилась вдребезги.

— Ты никогда не слышал о готовой нарезке для салатов?

— Да, и кто теперь нахальничает. Они не так хороши на вкус по сравнению с теми, что делаешь сам. Я хочу, чтобы ты знала, что я сам выращивал эти помидоры и огурцы, и хотя это может не соответствовать стандартам «Ритца», ты все равно будешь наслаждаться приличной домашней едой.

Энни сделала глоток вина.