Читаем Долг воина полностью

Меня весьма ошеломило то обстоятельство, что финансовые отчеты Дома показывают гораздо более здоровое положение, чем я могла предполагать. Хотя война в Дескаре совершенно разрушаю наши связи с Далазором и Гидестой, наши галеры продолжают ходить к разрастающемуся морскому порту Релшаза и, таким образом, в Каладрию. Алдабрешские пираты неожиданно для всех перестали нам докучать. Вместо того чтобы грабить, они теперь торгуют с каждой из воюющих сторон, видимо, получая большую прибыль при меньшем риске. Для нас это стало огромной удачей, ибо благодаря западной торговле мы сохраняем рынок для металлов и готовых изделий от наших арендаторов, что дает нам возможность покупать те необходимые для войны предметы, которые мы не можем сами производить. Управляющий говорит мне, что наши рудокопы и ремесленники добились значительного прогресса в технике и мастерстве в результате возросших требований торговли. Я вижу в этом немало иронии, но, возможно, и этот успех нам следует приписать справедливости Рэпонина.

Минувшей предвесной я разрешилась десятым ребенком, нашим шестым сыном. Он уже начинает вставать на ножки, и, выбирая ему имя, я спрашиваю себя, будет ли дома его отец, чтобы отпраздновать вместе с нами его первые шаги. Я хочу назвать его Юстином, в память о его дяде, которого он никогда не узнает, ибо тот отдал жизнь, защищая нас, женщин, и наших беззаботных малышей. Дай-то Сэдрин, чтобы мир вернулся к нам прежде, чем кто-либо из моих совершеннолетних детей возьмется за оружие вместе со старшими Дома.

Сторожка резиденции Д'Олбриота,

праздник Летнего Солнцестояния,

день третий, утро

Я проснулся на рассвете от щебета птиц на крыше. Моей первой полуосознанной мыслью было сожаление о прошлых праздниках. Более щадящее расписание нарядов в Солнцестояние обычно дает возможность поваляться в постели. Но я не мог снова заснуть, когда в библиотеке ждал тот сундук с келларинскими артефактами. Мыло и горячая вода помогли прогнать усталость, затуманивающую мои мысли, и уже в саду прохладный утренний воздух освежил меня. Мальчишки садовников пронесли мимо ведра с водой, молчаливые служанки вытирали пыль в холле резиденции, и лакей с сонными глазами поправлял праздничные гирлянды.

— Райшед! — прошипел кто-то с верхней площадки.

Я остановился, глядя, как Темар легко сбегает по центральной лестнице.

— В библиотеку? — поинтересовался я.

— Ага. — Темар зашагал по дому, не обращая внимания на ненавязчиво любопытных слуг, проскальзывающих мимо: скромную девушку с охапкой свежих цветов, камердинера с кипой выглаженного белья. — Будь благословенна Аримелин, наконец-то мы чего-то достигли!

Я подождал, пока мы не вышли в коридор, ведущий к библиотеке, и рядом не осталось посторонних ушей.

— Темар, прошлой ночью я говорил с тобой совершенно серьезно. — Я взял его за локоть, и юноша повернул голову. — Если ты снова уйдешь без меня, я отведу тебя на конюшенный двор и выпорю как следует, будь ты хоть трижды эсквайр! Все обернулось удачно, но это не ответ, когда ты рискуешь своей шеей. Ты несешь ответственность не только перед самим собой. Что будет с Келларином, если Гуиналь придется все бросить и ехать сюда, потому что тебя насадили на вертел в каком-то глухом переулке? Я не говорю, что ты не должен вообще уходить, но пойми наконец, ты не должен уходить один.

Ночью я долго лежал без сна, содрогаясь при мысли, что могло случиться с этим парнем и девушкой-магом.

Темар выглядел немного пристыженным.

— Я понимаю твое беспокойство.

Я кивнул.

— Больше так не поступай.