Читаем Долг ведьмы полностью

Хозяина видно не было – только за плитой происходило некое невнятное шевеление.

– Эй, ты чего? – мордатый попытался перегнуться через широченную плиту. – Думаешь, не найдем? – Его подельники слаженно захохотали.

– Mille pardons, я просто ни в коем случае не хочу помешать, когда вас убивать начнут, – приглушенно донеслось из-за плиты.

– Ну ты как маленький, – протянул мордатый. Аккуратно пощупал печку, чтоб не схватиться за горячее, вальяжно оперся о край и принялся рассуждать, для большей наглядности постукивая битой по вмурованной в пол железной ножке – плита обиженно гудела. – Кто, ну вот кто нас тут убьет, когда у нас все схвачено? Менты здешние – рыбины в панцирях. Как их – зитироны? Так их прибрали еще до нас. Я тебя понимаю, мужик, думаешь, я совсем бесчувственный? Разливал ты тут себе кофеек, мороженку крутил, с девулями красивыми перемигивался. Ну что ж поделаешь, если теперь новые порядки? Кончился этот этап твоей жизни. Имущество, конечно, жаль, но ведь руки-ноги-голова – они ж дороже или как? Имуществу, ему ведь не больно! – И для наглядности он вдруг со всей силы саданул битой об печку. Плита загудела гулко, как колокол, бронзовая кофеварка перевернулась, заливая поверхность коричнево-молочной лужей. Вся четверка змеиц в безмолвном сожалении поглядела на пролитый кофе.

– А если по голове так, представляешь? – рявкнул мордатый, снова засаживая по печке битой. Кофеварка, звеня, полетела в угол. – Так что переписывай свой шалман… на кого велят, пакуй любимую кофеварку – видишь, какой я добрый! – и вали отсюда, не задерживай занятых людей.

– А на кого велят переписывать? – с наивным детским любопытством спросила Дина.

– Я где велел ждать – в за-але! – с ленивой укоризной протянул мордатый.

– Там скучно! – Дина надула губки. – Зато здесь узнаешь столько нового!

– То мужские дела, красоткам вроде тебя без надобности. Поняла, цыпа? – уже раздраженно бросил мордатый.

– Змейка, уж будьте любезны! И я уже целых полминуты жду ответа на свой вопрос! Вы считаете, мое терпение беспредельно?

– Чего-то борзеет цыпа? – впервые подал голос один из подельников мордатого.

– Я? – В голосе Дины вдруг прорезались рыкающие нотки, глаза ее стремительно темнели, будто небо заволакивало тучами перед грозой, а зрачок прорезался зубчатой дугой молнии. – Борзеет Хортица, а я раздракониваюсь!

Не дожидаясь приказа, Мраченка метнулась вперед. Подельник мордатого не растерялся – бейсбольная бита ударила коротко, без замаха… и разлетелась в щепки о подставленную руку Мраченки. Хозяин биты замер, с приоткрытым ртом разглядывая эту тонкую девичью руку, словно затянутую в перчатку черной чешуи. А потом изящная чешуйчатая ручка двинулась, точно поршень, – и раскрытая ладонь толкнула оскорбившего Повелительницу наглеца в грудь. Удар подбросил его в воздух, он перелетел через плиту, врезался в стену и с тихим стоном сполз на пол. На лице его так и застыла снисходительная гримаса.

– Каратистка, да? – гневно заорали его подельники и бросились вперед, явно намереваясь доказать преимущество бейсбольных бит над черными поясами.

Мраченка крутанулась, взвихрив юбку, пропуская их мимо себя. Лаума и Белая Змея просто шагнули в разные стороны – подхваченные собственным боевым разгоном, качки с битами вывалились за дверь. Загрохотало. Стоны тут же сменились яростными криками:

– Ах вы…

Дверной косяк содрогнулся – мешая друг другу, сталкиваясь плечами и битами, четверка ломилась обратно. Самый решительный рванулся вперед, куртка на его плечах лопнула по шву, но он ввалился на кухню, как разъяренный бык, башкой вперед, и ринулся на Мраченку.

– А-а-а! Что… куда… поставь! – Рьяный боец отчаянно сучил руками и ногами, болтаясь в хватке Мраченки – драконица поймала его за шиворот и… крутанула над головой, как ребенок воздушный шарик. Придушенный воротом, пленник захрипел. Мордатый предводитель встал, вкопавшись ногами в пол кухни. Его подчиненные были то ли отчаяннее, то ли глупее…

– Пусти Димона! – с битами наперевес они ринулись на Мраченку.

Та немедленно исполнила просьбу – раскрученный за шиворот пленник просвистел над головами подельников и вписался в ту же стену, что и первый пострадавший, и шлепнулся на него сверху.

– Парни, держи блондинку! – истошно завопил главарь.

– А разве она удирает? – Его приятели оглянулись… и глаза у них полезли на лоб.

Белая Змея и не думала удирать. Хрупкое светлое создание изящно порхнуло к печке, ухватилось кончиками пальчиков и деликатно надавило – заскрежетал ломающийся металл, вспучились плитки пола. За выдернутой «с корнями» печкой обнаружился скрючившийся хозяин, а Белая Змея легко, как пластиковое фрисби, метнула старинную железную плиту в противников. Те порскнули в стороны, как коты от тапки. Один не успел – плита задела его по касательной и врезалась в стену… От сотрясения ухнул шкафчик с посудой, накрыв двух ранее уделанных Мраченкой рэкетиров… Увернувшийся от удара плитой боец попытался кинуться на дракониц… И только бессмысленно заскреб ногами по треснувшим плиткам – Лаума ухватила его поперк фигуры и подкинула в воздух…