Читаем Долг крови полностью

– Я не должен был этого делать. – Генри взглянул через ее плечо: она просматривала журнал записей дежурств, который прихватила с поста медсестры.

Они стояли в холле, рядом с операционной, в самом удаленном помещении здания. – Ведь я сам тебя обучал – почему я должен сомневаться?

– Тебе бы в гонконгских фильмах сниматься, – медленно произнесла Вики. – В них непременно встречаются похожие пафосные моменты, когда старый наставник проповедует молодому послушнику прописные истины. Надеюсь, я тебя ничем не обидела? Я говорю тебе это, потому что несмотря ни на что мы продолжаем оставаться друзьями. – Не успел он ответить, как женщина добавила: – И вообще... Тебе не кажется, что куда проще было бы доверять мне с самого начала?

– С какого именно?

Ее рот слегка скривился.

– Да с того, как я приехала в Ванкувер!

– Надеюсь, ты не забыла: именно я учил тебя, что вампиры не в состоянии ужиться на одной территории.

– Что еще раз доказывает: иногда и ты можешь ошибаться. – Вики торжествующе усмехнулась и продолжила изучение записи дежурств. – Ну, вот оно. – Она ткнула пальцем в запись. – Девять минут шестого утра. Приходят двое полицейских, вслед за ними – доктор Муи. Она сама показывает им клинику. Затем полицейские уходят. Все ясно. Скорее всего, его куда-то перевезли до приезда полиции.

– Не понимаю, как им удалось...

– Какая разница? Пошли... – Вики отшвырнула журнал и устремилась вперед по коридору. – Вряд ли нам оставили подробные указания, как их найти, но, может, удастся обнаружить какие-нибудь улики. Пройдем-ка еще разок в ту комнату.

В помещении не осталось никаких следов, лишь в воздухе витал слегка ощутимый запах трех мужчин и одной женщины.

– Доктор Муи! – резко произнесла Вики, подойдя к пустой койке.

Фицрой нахмурился, явственно ощутив в голосе подруги предсказание чьей-то неминуемой смерти.

– Что – доктор Муи?

– Без нее снова не обошлось. Это... – Она взмахнула рукой, словно подгоняя к себе воздух. – Это женщина, которая делала Селуччи укол наркотика.

– Ты уверена?

– Более чем. Я всегда запоминаю женщин, которыми он пахнет.

«Пожалуй, я недооценил Селуччи», – мелькнуло в голове Генри, и он отступил в сторону, пропуская Вики.

– Куда теперь?

– В кабинет доктора Муи!

* * *

«...И Паркер опять отбивает! Вот это скорость, и какая реакция! Ни у кого больше такой нет. Великолепно!»

Телевизор работал в другой комнате, и Салливан был весь внимание. Выбросив пустую упаковку из-под физиологического раствора, он отпихнул в сторону стойку из-под капельницы. Та накренилась, покачнулась и с грохотом брякнулась на пол. И тут же зрители на стадионе взвыли.

Салливан кинулся поглядеть острый момент, на ходу отпихнув ногой металлическую стойку. Заодно и звук погромче сделал.

– Чему это ты радуешься? – спросил он, возвратившись. – Может, ты фанат «Окленда»?

– Вовсе нет.

«Неужели, – подумал Селуччи, – на лице у меня написано что-то кроме боли?» Иглу из его руки грубо выдернули, повязка на сгибе локтя давила слишком сильно. Он поморщился, когда стадион взорвался новым воплем.

– Тогда что? – Перед рекламой была секундная пауза, а потом телевизор заорал с еще большей силой. Санитар с ворчанием отправился в соседнюю комнату и выключил звук. Вернувшись, он подозрительно оглядел пленника. – А, ясно. Надеялся, что людям помешает телевизор, кто-нибудь сюда заявится и тебя обнаружит. Так? – Он внезапным движением схватил Майка за нос и резко дернул. В носу хрустнуло. – Не держи меня за идиота, понял?

От страшной боли на глазах выступили слезы.

– Мне это и в голову не приходило.

По правде говоря, в этот вечер ему почти ничего на ум не приходило. Голова кружилась, мысли путались. Переливание крови либо снотворное сделали свое дело – соображать было чертовски трудно.

– Так чего ж ты ухмылялся, ублюдок?

Как ни было ему плохо, Селуччи понимал, что у него всего-навсего один источник информации. Пока нет ничего другого, он, по крайней мере, может кое-что разузнать о своем тюремщике. Детектив мотнул головой в сторону миски с бульоном, которая стояла на прикроватном столике.

– Доктор сказала, что ты должен меня покормить.

Щенячьи глаза его мучителя сузились.

– Ну и что?

– Тебе придется либо снова сделать звук погромче – а этим ты рискуешь привлечь внимание, – либо пропустить самые интересные моменты. Так или иначе, я останусь в выигрыше.

– А если я тебя кормить не стану, что тогда?

– Тогда доктор будет очень недовольна.

Этого, конечно, Салливан допустить не мог. Он взял миску и уселся рядом с детективом. Ухмылка его, однако, не сулила ничего хорошего.

– Сам откроешь рот, или мне тебе помочь?

Работая в полиции, Майк Селуччи столь часто сталкивался с чужими страданиями, что успел свыкнуться с неизбежностью смерти. Даже примирился с этой мыслью. Но он никогда не думал, что однажды ему придется бороться за каждый глоток воздуха, давясь супом.

Он все еще кашлял и хватал воздух ртом, когда санитару наконец-то надоело издеваться, и, проворчав: «В сортир отправишься позже», – тот с силой захлопнул за собой дверь.